— To есть каждый раз, когда ты встречалась со мной, видела меня, твою ж мать… целовала меня, ты подозревала что я чокнутый магический маньяк?! Или в чем… меня подозревали?
Что ж, он имеет право знать.
— Убийства, в том числе нашего агента. Незаконная деятельность. Потворствование силам, что стремятся разрушить устоявшийся порядок. Максим, послушай, ситуация в мире складывается сложная и…
— Плевать. Лучше скажи, что из того, что ты рассказывала о себе, правда?
— Практически все, — я задрала подбородок и снова посмотрела на него. Черт, лучше бы я этого не делала. Его глаза горели, выжигая на мне невидимые и очень болезненные клейма, а пальцы рук дрожали, будто желая вцепиться мне в шею.
— Да? — губы Максима искривила злая усмешка, — И история про первый раз и твой страх перед магами тоже правда?
Черт.
Я отрицательно покачала головой.
Арсенский с шумом втянул воздух и выругался:
— Значит тогда, в лавке… Это был Комитет?
— Да.
— Пока ты следила за мной на ужином? Что ж, отличный ход. Ну и кто признал меня… лояльным?
— Я.
— У тебя есть такие полномочия?
— Да.
— И что было бы, если бы ты посчитала что я не… достоин? Арест? Справилась бы? — голос его звучал все тише и все злее.
Набросится? Вряд ли… Но эта злоба…Она уничтожала все не только внутри него, но и внутри меня. Ее было слишком много.
Что ж… Может это и к лучшему. Во всяком случае не будет страдать.
— Справилась. У меня есть дополнительные…средства.
— To есть, ты не первый раз проводишь такие расследования?
Я знала, что стоит за его вопросом. Но объяснять ему, что я и мои чувства и работа не имели отношения друг к другу, что наше время вместе — это лучшее, что было в моей жизни, что я всегда больше работала с документами, я не стала.
— Не первый. Но я… Когда я вошла в твой номер отеля, я точно знала, что ты невиновен.
— И это должно меня обрадовать?
— Максим…
— Уходи. Просто уходи сейчас, пока мне не впаяли нападение на старшего агента.
Мертвый голос. Мертвое лицо. Мертвые глаза. Было ли что-то важнее этих глаз?
Было.
Жизни, много жизней.
Я кивнула и вышла, тихонько прикрыв за собой дверь. Я могла бы сказать еще кое-что, но это не имело больше значения.
Кому какое дело, что я, похоже, влюбилась?
КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ
ЧАСТЬ ВТОРАЯ. Глава 1
Ему давно не было так хреново. И так долго.
Злость, боль от предательства, ощущение собственной глупости — он терпеть не мог чувствовать себя идиотом! — наполняли его кровь и мысли каждый раз, когда он делал хоть малейшую остановку в сумасшедшем водовороте дел, которые навалились на него в последние два месяца.
Влада.
Страстная, яркая, нежная девочка, которая, по факту, оказалась лишь плодом его воображения.
Как он не заметил? Как? Он чтец, человек, который всегда настороженно знакомился с другими людьми и очень редко вводил их в свое окружение, который выживал, развивался, изыскивал совершенно невероятные возможности только благодаря звериной интуиции, сумасшедшему чутью на ложь и дурные намерения, агрессивности и беспредельной аккуратности в каждом движении — как он мог так ошибиться?
Хотя он знал, как.
Влечение, тяга, которую он к ней испытывал с первой минуты. Восхищение ее умом, талантами, которые она нехотя, но демонстрировала. Желание поработить, захватить ускользающую красоту.
О да, от такой смеси даже он потерял голову.
Снова вспомнив об этом, Максим до боли сжал руль своей машины и утопил педаль газа.
Теперь ему помогали только ночные гонки по кольцу.
Развеяться. Прочистить мозги. Успокоиться.
Хоть ненадолго усмирить внутренний огонь и постоянно вырывающееся бешенство.
Он пробовал использовать для этого привычный для магов вариант, но после пары ночей с яркими и старательными красотками вынужден был отказаться от подобного времяпрепровождения. Ничего кроме пустой физиологической разрядки не выходило. И это было настолько убого по сравнению с тем, что он испытывал с Владой, что стало бессмысленным. Возможно позже, когда он окончательно отвыкнет от нее…
Усмешка искривила его губы. Если он хотел отвыкнуть, какого хрена тогда согласился на помощь Комитету?
Максим не любил врать себе. И он понимал, что частично, несмотря на то, что терпеть не мог всех этих людей, что пытались сбить магов в послушное стадо, несмотря на то, что он презирал их методы — ЕЁ методы — ему хотелось понять, что двигало девушкой.