К тому же они нашли к нему подход. Опять же, явно не без помощи Влады.
Помощь в поиске этого ублюдка, что, оказывается, вставлял ему палки в колеса, была как нельзя кстати. Никто пока не знал, где Олег, зато они сумели хотя бы перерубить ему все каналы связи с крысами из Комитета и его собственной компании. Теперь тому будет непросто подобраться ближе, а потом они устроят ловушку и поймают его, как мышь в мышеловку. И Соринский точно не избежит правосудия, как тогда, в прошлом.
Максим вздохнул, съехал с кольцевой в сторону и остановился на обочине, устало откинувшись в кресле. Похоже, сегодня была ночь воспоминаний.
Соринский, как и трое его друзей, был виновен в смерти его жены — черт, да ее просто показательно уничтожили, чтобы Макисм перестал лезть в дела той магической группы. Мужчина тогда еще идеализировал происходящее и верил, что у магов есть свой, особый путь — спасать мир и человечество. Но события тех сложных, смертельных для многих лет показали ему весьма однозначно: каждый за себя. И остаются наедине со своим горем и проблемами, несмотря на избранность и силу.
Тех магов не наказали, даже не взяли под стражу. Он сам их наказал: медленно и планомерно, выжидая столько, сколько нужно, он портил им карьеру и личную жизнь. Наслаждался их неудачами и тем, что они опускали руки. И даже не пытались бороться.
Но он не убивал.
И смерть тех троих — от рук Олега — стала для него сюрпризом. Как и мотивы последнего.
А еще Комитет предоставил доступ к огромному количеству данных, которые были ему важны для исследований. И, ознакомившись с проблемами, которые стояли последнее время весьма остро — убийства не только агентов, но и простых магов; странные и темные операции, которые проворачивали законопослушные когда-то граждане; отголоски весьма неприятных экспериментов, последствия которых разгребал соответствующий отдел — он понял: предварительная мобилизация не была блажью. Похоже, кто-то хотел поработить магов — или уничтожить их.
Вот только кто? Люди или маги?
Не сразу, но он втянулся в проблемы, которые стояли перед Комитетом. И понял, что они за эти годы совершили почти невозможное, то, что история творила веками — сумели создать государство в государстве, всемирный надзорный орган, который действительно не просто имел благие цели, но и двигался к ним.
Это хоть немного примирило его с ситуацией. Он мог понять Владу — понять, но с принятием было сложнее. Уж слишком она стала ему дорога, за рекордно короткое время. Пробралась к нему под кожу, растворилась в его крови и магическом потоке. Стала так близка, как никто до этого — и именно из-за этой близости было так мучительно.
А он совсем не хотел снова мучиться.
Первое декабря — день рождения Комитета — праздновали с размахом. Как правило в Европе; на этот раз выбор пал на Венецию. Но маскарад объявили не из-за венецианской истории, скорее, это были внутренние традиции организации. Некоторые агенты скрывали свои лица или же род деятельности, и из уважения к ним, да безопасности, все гости ставшего традиционным бала, даже люди, носили маски. Некоторые еще и дополнительные защитные артефакты.
Максим пробирался сквозь весело и громко болтающую толпу в поисках более тихого и свободного места, когда увидел главу Комитета, стоявшего в одиночестве возле колонны. Тот приветливо махнул ему рукой. Он был в простой черной маске и темном, по образцу девятнадцатого века, бархатном костюме, но любой, кто встречался с ним лично, узнал бы его.
Правда, лично с ним мало кто встречался.
Мужчина чуть улыбнулся и подошел, прихватив у официанта бокал виски.
Александр ему нравился. Он был, правда, довольно жестким, себе на уме и магически необычайно одаренным — ни один маг не мог пробить те блоки, что он выставлял — но на такую должность вряд ли бы пошел кто-то другой. Поговаривали, что у него русские корни, только мужчина этого не смог определить — разговаривал Александр на чистейшем английском и итальянском, который и сам Арсенский знал в совершенстве.
— Максимиллиан, — чуть поклонился ему своего рода шеф. — Рад, что ты сумел выбраться.
— Разве я могу пропустить такую вечеринку. Все сделано… масштабно.
Глаза в прорезях маски блеснули удовольствием. Бывший дворец дожей и вправду стал великолепным фоном для красивых, шикарно одетых магов, явно настроенных на веселье.
— У нас хорошая служба… организации вечеринок.
Максим хмыкнул, отпил из бокала и вдруг замер.
Нет, не показалось.
В роскошном, пышном ярко-красном платье, со сложной прической, в диадеме и вычурной маске, Владу узнать было невозможно. К тому же, на ней точно были артефакты, полностью приглушающие ее ауру и делавшую ее похожей на человека.