Глава 6
— Один из интереснейших артефактов прошлого, уникальная археологическая находка, сделанная в селе Мальты, расположенном в восьмидесяти километрах от Иркутска на реке Белой, — мальтинская пластина, — продолжала я лекцию. — Ее сначала считали пряжкой от ремня, но потом поняли, насколько уникальная вещь была найдена. Это — древний календарь, и не просто календарь, а чрезвычайно гибкая, мастерски сконструированная, комбинаторная календарная система. Конечно, впоследствии маги не могли не обратить внимание на эту пластину и выяснили, что она использовалась не только для наблюдений. Вибрации, заложенные в ее структуру, помогали пользователю календаря как бы "чувствовать" время. Если проводить аналогию — это были "умные часы", посылающие владельцу уведомления. Умные и весьма закодированные часы.
— Почему они были закодированы? Люди боялись, что их знания станут известными кому-то плохому? — спросил кто-то из первокурсниц, я не разобрала кто.
— Не факт. Вполне возможно, кодировка была связана с необходимостью разместить на малом носителе большое количество информации. Микросхем и битов ведь тогда не было, лишь тонкие иглы и точки. Смотрите, — я вывела на экран проектора изображение пластины, — Казалось бы, набор пунктирных линий и хаотичных дырочек. Много лет прошло, прежде чем в них разобрали семь опорных, "золотых чисел", в которых предельно емко и экономно зашифрованы астрономические знания, накопленные за тысячи лет наблюдений за небом. С их помощью палеолитический человек мог следить за временем не только по годам, но и по значительно большим периодам за временем.
— Палеотический человек? — сомнение в голосе Марии меня даже позабавило.
— Наши далекие предки были не так уж глупы, — я подмигнула, — Впрочем, некоторые исследователи считают, что многие знания остались после исчезнувшей процивилизации, а не были их собственными. Их можно понять — очень сложно поверить, что люди, жившие "стоянками" на земляных полах могли разбираться в лунных циклах и отсчитывать дни солнечного года. Тем не менее, могли. С помощью таинственных прародителей или нет — мы пока не знаем. Вот, например, смотрите. Центральная спираль вместе с малыми спиралями правой части пластины позволяет отсчитывать дни солнечного года: двести сорок три плюс шестьдесят два плюс сорок пять плюс четырнадцать — получаем триста шестьдесят четыре. Или вот еще — в пластине зашифрована информация и о регулярных полных затмениях. Суть закономерности в том, что каждые восемнадцать лет и одиннадцать суток Солнце, Луна и узлы лунной орбиты возвращаются точно в те же положения относительно друг друга. Этот цикл называется саросом и считается чуть ли не важнейшим астрономическим открытием древнего мира. Того, что мы привыкли называть древним — вроде Греции и Китая за пять-десять веков до нашей эры. А теперь представьте, что если археологические данные верны, то древние люди Мальты определили сарос и его продолжительность за двадцать тысяч лет до жрецов Двуречья, Нила и Хуанхз! Так, а теперь, кто вспомнит, когда еще мы говорили о саросе и затмениях?
— Стоунхедж, — кивнул мне Никита.
— Верно. Стоунхендж занимает исключительно удобное положение для наблюдения за небесными телами, поскольку из него видно горизонт почти на три мили во все стороны. Методы, которые там использовались, пока существуют только в теории. Столбы, ямы, расположение — все ведет нас к тому, что в древности там был довольно грубый "компьютер" позволявший предсказывать затмения, в чем, собственно, и заключалась чуть ли не основная задача местных жрецов. И не только местных.
— Почему им это было важно?
Я пожала плечами:
— Ныне можно лишь предполагать, какой ужас охватывал людей, когда случались затмения Луны и Солнца…Непонимание, страх, ощущение, что все кончено. Постоянные апокалипсисы. Конечно, человек старался сделать подвластной стихию звездного ужаса; это в нашей натуре — учиться контролировать природу ради собственной безопасности. И первым шагом на пути контроля всегда было понимание, что же именно происходит.
— А разве мы делаем открытия не ради тяги к знаниям?
— А зачем нам знания?
— Ну…Чтобы жилось легче.
— Ага. Легче, безопасней, понятней. Ощущение, насколько мы маленькие посреди огромной Вселенной, было не столько мешающим фактором, сколько огромной мотивацией. Некоторые шутят, что прогресс стал возможен потому, что человек ленив и всего боится, но это не такая уж и шутка.