Код один-один. Приоритет- высший.
Кодовое название "Конец света".
Глава 10
Вспышка света полыхнула настолько близко от меня, что я невольно отшатнулась, забыв о защитном стекле.
Что-то среднее между шаровой молнией и огненной струей ударилось в бронированную стену и рассыпалось на множество твердых осколков.
Арсенский восхищенно присвистнул:
— И как он это называет?
Паола, наша провожатая, рассмеялась:
— Не поверите, файербол. Ну никакой фантазии.
Я тоже улыбнулась. Фантазии у "брата Марио" было хоть отбавляй. И хорошо, что Комитету почти удалось направить эту фантазию в нужное русло.
Рим притягивал к себе не только туристов, но и "макеров", названных так по аналогии с хакерами. Множество естественных источников этого города пусть и находились в частном и государственном ведении, но они будто пропитывали сам город своей энергией, благодаря чему маги чувствовали себя и творили максимально свободно, ну а в гениальных их головах зарождались и воплощались самые гениальные идеи.
Те, кто проходил до конца университетские курсы и комиссии, по большей части, следовали магическим нормам и правилам: мы знали, что создать из ничего сгусток огня и швырнуть его в противника невозможно, что исцеление от смертельного заболевания наложением рук недоказуемо, а левитация так и осталась мечтой фантастов. Но порой такие знания ставят собственные границы и мешают двигаться дальше. И тогда вперед выходят другие маги: дерзкие, готовые попрать все законы, создающие свой собственный магический мир, ограниченный только их фантазиями.
Иногда у них получалось. И Комитету оставалось только восхищенно топтаться в сторонке и осторожно отслеживать, чтобы этими фантазиями не пользовались с дурными намерениями. Кого — то при этом удавалось переманить с краткосрочными заданиями, кто-то категорически отказывался проводить исследования для пользы сообщества. Третьи поступали в наше полное распоряжения ради идеи или в благодарность за помощь, вроде этого толстенького, невзрачного с виду итальянца, который обладал коэффициентом три с половиной. Пусть и без дара, зато у него было желание, способности и достаточное нахальство, чтобы творить волшебство из тех книг, которыми я зачитывалась в детстве.
— Чтобы сделать рывок вперед, мы должны были воспользоваться всеми возможностями, интуитивными открытиями, гениальными догадками. Нам нужно семеро, так будет правильно, — я закусила губу и посмотрела на спутников. — Я — жизнь. Марио — сила. Ты — ум, Паола — чувства. Кайла с ее способностью видеть будущее — судьба. Митчел — речь.
— Осталась смерть? Какой дар и способности могут олицетворять ее?
— Воин, перевертыш, вершитель… Не знаю, не уверена — нам нужен кто-то достаточно сильный и готовый выступать судьей каждый раз, когда наши попытки выстроить схему будут достигать нового уровня. У вас есть кто-то подходящий в центральном отделении?
Девушка вздохнула.
— У нас есть кто-то подходящий на окраине города. Но сможете ли вы его уговорить? Пока что он отказывался от всех предложений.
— Рычаги давления?
— Их нет. Высокий коэффициент, сирота, двадцать лет и все производные юношеского максимализма. Он собирает механизмы на стыке магии и не электроники даже, а механики, и называет себя "Винчи". Его дар — судья.
— Ого, — я запнулась, — ни разу их не встречала.
— Я даже не слышал, — Максим посмотрел на меня, — Чем характерен этот дар?
— Силой слова. Если он научился его применять, то его вердикты — хорошо хоть в разумных пределах — станут отправной точкой для дальнейших действий.
— В смысле, он может убить, произнеся заклинание?
— Ну, не так жестко, но мысль ты понял верно. Паола, он идеально подходит, хотя я могу понять, почему не хочет пользоваться своим даром ради сообщества. Быть судьей — огромная ответственность, и в этом возрасте сложно взять ее на себя добровольно. Я бы попробовала поговорить. Если нет… привлечем кого-то Другого.
— Нет.
Смешливый, вихрастый, заляпанный какой-то краской и мазутом паренек, который так напоминал мне моих студентов, глянул из-под бейсболки и уселся возле своего странного агрегата с бесконечным количеством трубок, нашлепок и заклепок. В романах Жуля Верна так описывались бытовые приборы; но вот что стояло перед нами, я не понимала.
Мы с Максимом переглянулись и снова попробовали объяснить, почему нам нужна именно его помощь и насколько важна наша миссия. Даже попробовали завлечь экспериментальными механизмами и принципами работы. Винчи лишь пожал плечами: