В этот раз не было общего ощущения атмосферы свершившихся и грядущих событий, не было запахов, звуков, мягкости или твердости, как я привыкла. Только музыка. Сначала мягкая и нежная, на грани слышимости, будто кто-то рисовал золотой кисточкой по песку.
Потом музыка стала громче. Быстрее.
Жестче.
И вот — тревожные ноты скрипки. И вдруг барабаны. Они пришли накатом, вместе с шумом волны, когда я, в испуге, вынырнула на поверхность.
Преследовали меня весь мой путь назад.
Вышвырнули меня на берег и вдруг начали бить деревянными палочками, отчего по моему телу разлилась метафорическася боль и душа наполнилась тревогой.
Опасность. Смерть. Перевертыш.
Я вдруг почувствовала, что задыхаюсь.
Сердце билось гулко в ритме барабанов.
И вдруг все успокоилось.
Будто и не было.
Что это? Следствие прошлых событий? Или намек на грядущее?
Почему так быстро прошло? Почему не возвращается, хоть я теперь осознанно и требовательно искала след?
Ответов не было.
Я кое-как оделась и пошла в лагерь, где задумчиво поела, не обращая внимание на веселье моих спутников, и рухнула в своей палатке, проваливаясь в темноту.
И почти ожидаемо, как следствие использования дара, увидела сон. Где были мы с Максом, в крохотном помещении.
И мы тонули.
Глава 4
Как правило, чем ярче были мои сны, тем вероятней отображенное в этом сне должно было произойти.
Или уже произошло.
Дело было даже не в деталях, которые я видела, скорее, в предпосылках и следствиях — такова была природа моих аналитических способностей. Что-то я четко распознавала наяву, вынося вердикт. Что-то превращалось в кошмары.
Я вышла из палатки и растерла плечи.
Охотились ли на нас с Максом или мы, как охотники, в итоге попадали в ловушку не важно. Ясно было одно — ни к чему хорошему это не приведет.
Впрочем, когда оно было по-другому?
Я пожала плечами, прихватила полотенце и отправилась на берег. Было еще темно. Последние дни я совсем не высыпалась, но надеялась, что с приездом Максима это изменится. Любовные отношения с собственной парой были наилучшим вариантом выхода излишков магической энергии.
Я улыбнулась про себя.
Вот уж не думала, что мне повезет встретить того, кто действительно дополнит и наполнит меня настолько мощно. И если в быту и работе мы продолжали притираться друг к другу, то наши магические сущности сливались настолько легко и настолько просто, взаимно напитывая энергией и успокаивая всплески, что секс был просто фееричный.
И спалось после него очень хорошо.
Сделала комплекс упражнений, немного подышала, восстанавливая равновесие и нырнула в чуть зябкую воду, стараясь получить удовольствия по максимуму. Потому специально не прислушивалась к окружающей среде и гнала прочь возникающие то тут, то там ноты.
Иногда надо отдыхать.
Я полностью отключилась от реальности, уходя в эфемерный морской мир, давший нам гораздо больше, чем магия — саму жизнь. И потому чуть не вскрикнула, когда вынырнула возле самого берега и увидела сидящего возле моих вещей Володю.
— Фух, напугал, — прозвучало немного нервно. — Почему сидишь, не купаешься?
— Просто захотелось встретить рассвет.
Кивнула, принимая эту версию, и вылезла на берег.
Меня не смущало, что я была голая — маги во многом по-другому относились к своему телу. Тем более странно было бы смущаться человека, который мыл тебя и менял тебе судно, пока ты была парализована. Я воспринимала его всегда как второго отца, но почему-то именно сегодня его появление заставило меня нервничать.
Быстро вытиралась, натягивала свою одежду, а сама лихорадочно думала.
Если брать вероятностные линии, то Пеня мог…
Я почувствовала отвращение к самой себе за подобные идеи. А потом, ведомая протокольным требованиям, которые обязывали агентов проверять всех, даже близких, сосредоточилась.
След. Чтение. Эмоции.
Все что я умела.
И тут же вздохнула про себя с облегчением.
Ничего от него не исходило. Точнее, ощущалась только привычная доброжелательность и чуть ироничный оптимизм.
Все тот же Пеньковский.
Я уселась рядом и шутливо подтолкнула его плечом:
— Наверняка ты просто боишься раздеваться, а то студентки мигом проснуться и набегут на твое роскошное тело.
Мужчина расхохотался:
— А ты не завидуй. Впрочем, тебе не надо — свою армию поклонников ты себе обеспечила. И как Максим отпустил? — в голосе потрескивали смешинки.