Кофе с перцем
Он был первым, кто приготовил для меня кофе с перцем. Тогда я уже была знакома со вкусами кофе с корицей и с кардамоном, но кофе с перцем случился со мной впервые.
Приготовление было похоже на священнодействие. Он выключил музыку, приглушил свет.
- Ничто не должно мешать процессу, - пояснил он. И я послушно затаила дыхание.
Тогда он высыпал молотый кофе в пустую кастрюльку (турочек у меня в общежитии отродясь не бывало). Туда же добавил крупицу соли и немного черного перца. И так – без воды, поставил кастрюльку на раскрасневшийся кругляшок электрической плитки. Через минуту смелый пряный запах разлился по комнате.
Дважды он проделал какие-то магические помахивания кастрюлькой – чтобы кофе прогрелся равномерно. И только после этого залил водой жаждущую смесь. Раскаленная кастрюлька ответила возмущенным шипением, и теперь нам оставалось только дождаться, когда пенка закипающего кофе дважды поднимется и дважды упадет.
К тому моменту, когда чашка с вожделенным напитком оказалась передо мной, я уже была на грани экстаза. Предвкушая наслаждение, потянулась за сахарницей.
- Что ты делаешь? - поинтересовался он.
- Сахар кладу - ответила я, уже помешивая в чашке.
- Зря ты с ним так. Кофе этого не любит, - огорчился он, — вот, попробуй сначала мой – без сахара.
Я отхлебнула крошечный глоточек с опаской - я не люблю горькое. Ох! У меня потемнело в глазах. Но, не от горечи. Это были какие-то очень необычные ощущения. Как-будто во мне взорвался маленький вулканчик и ринулся своей лавой наружу.
- Очень терпко, - пожаловалась я.
— Это честный вкус. С душой кофе, - ответил он.
Я потянулась к своей чашке, отхлебнула. Выдохнула - так спокойнее. Сахар укрощал для меня этот неистовый кофе. Мне было просто очень вкусно. Терпко и вкусно. Непривычный вкус и необычный вечер.
До него каждый, кто пытался прорваться ко мне в гости, делал это с недвусмысленной целью. А он… Он просто приготовил мне кофе. Мы медленно смаковали ароматный напиток и говорили о странных вещах: о музыке Ника Кейва и о запахах моря, о цвете звезд и о красоте улиток.
За весь вечер он даже не попытался прикоснуться ко мне. А я смотрела на его светлые ресницы, ловила его слова, и старалась унять мелкую дрожь, разливавшуюся в груди.
- Когда-нибудь ты поймешь, что сахар не нужен. Он – великий обманщик, скрывает настоящие вкусы, обезличивает их. Ты ничего не узнаешь о жизни, пока не попробуешь ее без сахара, - сказал он мне тогда на прощание.
Я не поверила ему. Мне было 18. И мне хотелось сладости. Я искала сахар жизни повсюду, и находила его. Мне так нравилось сладко мечтать, сладко целоваться и сладко танцевать, что я даже представить не могла, как это взять – и отказаться от сладости. Да и сколько ее – той жизни, чтобы лишать себя такого удовольствия?
*****
В следующий раз я встретила его, спустя 10 лет. Я сидела в веганской кофейне и не хотела никаких встреч. Я приползала туда зализывать раны после тяжелого развода. Три предшествующих года мы с бывшим мужем упоенно любили друг друга, и так же упоенно истязали: ревностью, обидами, скандалами. Эти три года непрерывных страстей выжгли мое сердце, превратив его в пепел. Развод – развеял пепел по ветру. Внутри меня зияла пустота, и казалось, что так теперь будет всегда.
Я выбрала эту кофейню за то, что у нас с ней не было ничего общего: ни интересов, ни знакомых. Здесь никому до меня не было дела, и мне не было дела ни до кого. Я приходила туда раз в неделю, заказывала один и тот же десерт – и это была моя соломинка. Та, которая держала меня на плаву все последующие 7 дней.
Я сидела за своим привычным столиком и ждала свой привычный заказ, безучастно глядя на коричневый платановый лист, застрявший в углу оконной решетки. Лист дрожал от холодного ветра, но деваться ему было некуда. Как и мне, впрочем. В этот момент я и услышала его голос из-за плеча:
- Привет.
Нехотя я развернулась, и увидела, что он сидит за соседним столиком, тоже спиной ко мне.
- Привет, - выдавила я, обнаружив, что голос меня плохо слушается.
Мы разговаривали в пол-оборота, оба не решаясь, а может и не желая, сокращать дистанцию.
- Тебе здесь нравится? - спросил он.
Я неопределенно пожала плечами.