– Стой, куда ты? – крикнул он, увидев, что я собираюсь уходить. – Не выходи на улицу, пропадешь! Оставайся здесь, вместе будем защищаться!
Но я все-таки решил пробраться к дому тетушки – у меня еще была надежда на то, что она вернется.
Не хочу, не хочу вспоминать следующие несколько дней… Достаточно сказать, что наш дом не пострадал в отличие от дома деде Эрдала и его самого. А тетушку Бетюль я нашел через неделю в холодном подвале, куда свозили тела погибших. Они все лежали там вповалку – распухшие от ударов и почерневшие куски плоти. Сначала я узнал коричневые туфли с железными пряжками – ее ноги торчали из общей кучи.
Потом, когда мы вытаскивали тетушку, ее юбка задралась, обнажая белье. И оно было в крови. Кровь застыла и на ее бедрах. Понимаешь, тетушка ведь была еще не старой, и у нее, должно быть, случались эти дни… По крайней мере, тогда я сам себе так объяснял эту кровь, чтобы не представлять ничего еще более ужасного.
А я ведь хотел просто объяснить тебе, почему стал безбожником, и вот незаметно рассказал про те дни в Мараше. Всё, довольно на сегодня, а то кошмары приснятся!
Арслана я увидел последний раз в жизни уже здесь. В Фетхие я приехал из Мараша сразу, как только смог продать дом. Думал тогда, что на море смогу забыть обо всем, но какое там! Мне всюду мерещились лица тех лежавших в подвале…
Тогда я решил занять свои дни не отдыхом, а делами и купил эту лавку. Перевез ковры из Мараша, да еще сколько-то купил у ушакских мастеров, у геордезских… Сделал ремонт…
И вот однажды летним вечером мы случайно столкнулись в кафе. Арслан так обрадовался мне, будто и не было между нами ни того стыдного разговора, ни отчуждения. Мы пили пиво, любуясь закатом. Вернее, это Арслан любовался морем и закатом, а я – им. За год мой друг очень повзрослел и превратился из юноши в красивого мужчину. Я не мог насмотреться на него, пропуская мимо ушей его рассказы о каких-то достижениях и свершениях. И только когда Арслан вдруг начал говорить о том, как он отличился на важном задании в Кахраманмараше, я начал понимать, о каких достижениях идет речь…
Видимо, он заметил, как изменилось мое лицо, но понял это по-своему:
– Ты слышал что-нибудь про тамошние события?
Я снова, превозмогая тошноту, вытаскивал тетушку Бетюль из груды мертвых тел. Ее белье и ноги все так же были в крови, и эта кровь застревала у меня под ногтями траурной каймой.
– Я был там, Арслан. Я был там.
– Аллах… Но ты… С тобой же ничего… Я бы с ума сошел, знай, что ты там…
Арслан положил свою руку на мою и слегка сжал ее, будто ждал от меня чего-то. Но меня не бросило в жар от его прикосновения, как раньше. Наоборот, мне вдруг показалось, что на моей руке лежит дохлая крыса. Я высвободил руку и ушел. И больше никогда его не видел с тех пор.
А вскоре, в сентябре, власть захватили военные. Многих убийц из Мараша тогда арестовали. Но Арслана от тюрьмы спасло заступничество старых сослуживцев отца. Он остепенился, сделал карьеру в армии, женился… И погиб совсем молодым. Нелепая смерть, несчастный случай… В его семье ведь все мужчины были военными, и все погибали рано.
Но даже мертвому Арслану я не могу простить Мараш. И при этом, веришь, я готов все на свете отдать, чтобы снова увидеть его. Можно я еще раз поставлю тебе ту пластинку?
Вот и все, я выполнил свое обещание и рассказал историю убитого мною господина Халиля. Его пластинки остались в лавке, а может, их конфисковала полиция. Поэтому я включу эту песню на телефоне в исполнении Зеки Мюрен. Пусть играет.
И спасибо еще раз за то, что вы делаете для меня.
Перец и кофе
Anadolu Ajansı Serdar KARAGÖZ
<serdar.karagoz@aa.com.tr>,
ATV Yüksel Altıntaş
<yuksel.altintas@atv.com.tr>,
CNN Türk Eda Özçetin <edao@cnnturk.com.tr>,
Habertürk TV Mehmet Yeşilkaya
<mehmet-yesilkaya@haberturk.com>,
Vatan İsmail Yuvacan
<yuvacan@gazetevatan.com>,