— Знаешь, Слав, вообще-то, я и сам бы не стал никому говорить. Об этом, в принципе, знает только пара человек. Но что-то мне подсказывает, что тебе можно доверять, ты не используешь это во вред, но возможно, поймешь, почему Ната так отреагировала, — наконец, явно расслабившись, произнес Денис.
— Дэн, — Слава, все-таки, не был убежден, что такой поступок брата Наташи — верен. — Я не думаю…
— Ты ее машину видел? — прервал его возражения Денис странным вопросом.
Святослав нахмурился, не уловив взаимосвязи.
— Да, но причем тут…
— Она гонки любит, — опять не дал договорить ему друг. — Ее как-то Надька вытащила, случайно, у них директор страховой билеты достал на соревнования, которые в нашем городе на аэродроме чуть ли не каждый месяц проходят, и с тех пор Наташа почти всегда ходила на них. Даже себе более-менее спортивную машину купила, хоть мы все были против.
Святослав не знал, что сказать.
Во-первых, он ни черта не понимал. А во-вторых, не был уверен, что хочет понять.
Потому что, ему тогда придется признаться себе, что Наташа слишком сильно его затронула за какие-то два дня. Так сильно, как он поклялся никому не позволять себя затрагивать. Потому что ни к чему хорошему это не могло привести. Но отчего-то, мысль о том, что кто-то виноват в ее страхе, кто-то обидел ее — злила даже больше, чем вчера, когда он столкнулся с тем ужасом. И Святослав хотел уже узнать все до конца. А потому — промолчал, слушая.
— Почти год назад, она там познакомилась с одним парнем, он участвовал в соревнованиях, — Денис перевел глаза с пейзажа за окном, на него. Святослав попытался остаться невозмутимым, но внутри кольнуло от того, что Дэн говорил. — Он ей не понравился, сразу. Наташа вообще, хорошо в людях разбирается, — зачем-то объяснил Денис, и Слава забеспокоился, что не так уж успешно скрывает свои чувства, как привык это считать. — Короче, этот парень начал за ней ходить. Мне, даже, кажется, что он не совсем нормальный был. Невменяемый какой-то. А может это вечная жизнь на пике адреналина на его мозгах сказалась, не знаю. Я пару раз предлагал Наташе вообще в милицию обратиться. Но она все говорила, что вроде, как и не за что. Ну, ходит он за ней, да, навязывает свое общество. Но в принципе, и все. Она пыталась ему объяснить, что ей не интересно, но до того ублюдка не доходило, — Дэн резко встал и начал мерить шагами кабинет.
Славе показалось, что он ощущает злость и гнев, которые бурлят в друге. И, что довольно странно, мог его понять, его самого обуревала ярость на человека, которого он даже не видел никогда. — Короче, однажды, он проследил за ней до дома, не знаю, как. Она ничего ему ни о Кофейне, не о том, где живет, не говорила. Я уверен в этом, — Денис взъерошил волосы и остановился у окна, глядя на улицу. — Но когда Наташа зашла в свой подъезд, он на нее напал, — как-то сухо, почти без эмоций произнес Дэн.
Однако Слава мог поклясться, что тот просто старательно сдерживался. Карандаш же в его пальцах давно разломался на две части.
— Она мне потом рассказывала, что он ухватил ее за волосы, и Наташа никак не могла вырваться. Пыталась отбиваться, но он был гораздо крупнее ее, и сильнее. Ната, вообще, очень маленькая, — с горечью продолжил рассказ Денис.
Слава, словно наяву, услышал ее испуганный голос «…ты такой высокий, и большой. Мне в темноте показалось, что это кто-то другой…». Теперь он мог понять, что именно ей показалось, и грубо выругался.
Денис на это не обратил внимания.
— Знаешь, я ведь не просто так говорил, что мы с Натой чувствуем друг друга. В тот вечер меня что-то грызло, и я решил заехать к ней. Представь, что со мной случилось, когда я увидел как эта пьяная мерзость, пытается мою сестру…, - теперь Дэн выругался и ударил кулаком по стене. — Я думал, что убью его. И даже жалею, что не закончил. Честно, меня только Наташа и остановила. И после такого — пожалела ту сволочь. Но, по крайней мере, он из города после того исчез. И думаю, больше не вернется. У нас очень много знакомых и в милиции, и в прокуратуре. Я его сильно припугнул. Он, вроде как, вообще, в другую страну на эти треклятые гонки уехал, — Денис еще раз ударил по стене. А потом повернулся к нему. — Но знаешь, что меня добило больше всего? Никто не вышел. Ни один человек. Этот чертов ублюдок едва не изнасиловал мою сестру в подъезде, но никто из соседей не вышел посмотреть. Ведь она кричала, дралась с тем уродом. А ей никто даже не попытался помочь.