Слава заинтересовался подобной возможностью и, повернув голову так, что теперь его щека касалась ее волос, и сам посмотрел во двор, где пока виднелась только земля, да голые ветви старого клена.
— Никогда не думал об этом, — честно признался он.
— Ой, я же просто так, — Наташа улыбнулась той серьезности, с которой он начал смотреть во двор, словно прикидывая в уме подобный план. — Это же мои представления о дворе, а не твои. Качели, и целая поляна декоративных подсолнухов — моя мечта с детства, — все с той же открытой улыбкой призналась она.
Слава недоуменно уставился на нее.
— Подсолнухов? — переспросил он, решив, что ослышался.
— Да, я люблю подсолнухи, такие маленькие, не те, что на полях, а специальные, декоративные, — Ната, ничуть не смутившись его недоумения, немного отстранилась, чтобы показать пальцами размер цветка, о котором говорила.
Он покачал головой, все еще удивленный таким предпочтением.
Слава даже не был уверен, что видел хоть когда-то такие цветы, которые Наташа сейчас пыталась описать.
«Чем плоха традиционная роза?», так и хотелось ему спросить, едва ли не с возмущением. «На длинном-длинном стебле. Беспроигрышный вариант, и очень даже красивый, по его мнению».
Но он удержался.
— Впервые слышу, чтобы девушка мечтала о подсолнухах, — все же, с усмешкой проговорил он, качая головой.
Но Наташа ничуть не смутилась его подергиванию.
— Ну, я не обычная девушка, — с некоторой гордостью, просто признала она.
Он кивнул и, отодвинув в сторону их чашки, приподнял Наташу, усаживая ее на стол, так, что их глаза теперь оказались на одном уровне
— Это я заметил, — совершенно серьезно подтвердил Святослав, и с искушающей улыбкой, наконец-то приступил к тому, для чего, в общем-то, и пошел за ней на кухню.
Глава 10
Понедельник, 10 февраля
— Обалдеть! — Андрей насмешливо смотрел на Святослава, который зашел в свой кабинет. — Ты опоздал. На полтора часа, — не скрывая удивления, объяснил приятель свою первую реплику.
При этом друг нагло развалился в его кресле.
Слава приподнял бровь и скривил губы, одним кивком головы показывая, что Андрюха, явно, ошибся дислокацией.
При всей их дружбе, субординация в компании всегда соблюдалась.
— Я был занят, — невозмутимо пожал он плечами, бросив на стол дипломат с бумагами.
И сел в кресло, которое Андрей уже успел освободить, заняв место напротив.
— Ты не отвечал на мои звонки, — очевидно, не посчитав такое объяснение удовлетворительным, продолжал допытываться удивленный друг.
— Я был занят, — только и повторил Слава.
Он сумел сохранить безразличное выражение лица, даже когда попытался теоретически представить, как бы он смог ответить на звонок? Картина не прорисовывалась.
Достать телефон из кармана пальто, отброшенного на пол, оказалось совершенно невозможно. Тем более что в этот момент, он, удерживая Наташу на весу, прижатой к стене ее коридора, занимался с ней тем, во что ну никак не должен был вылиться «поцелуй на прощание». И, кажется, ни капли не сожалел, что сам нарушил правила распорядка фирмы, занимаясь любовью с этой женщиной вместо работы. Своей женщиной.
Он уже не раз ловил себя в мыслях на том, что называл Наташу в уме именно так — своя. Только его.
— Эй! — Андрей, казалось, все еще не понял, что больше Слава ничего не намерен объяснять. — Мне, между прочим, пришлось перенести совещание, поскольку я ни черта не знал, что с тобой. Так что оно у нас по плану через два часа, — дождавшись скупого кивка от Славы, друг хмыкнул. — Я уже собирался ехать разыскивать тебя, не уверенный, что все в порядке. Ты хоть бы сообщил, что нормально все, чтоб тебя!
Забота друга, пусть и приправленная львиной долей любопытства, вызвала у Славы слабую благодарную улыбку.
Он, вообще, был в самом отличном настроение за последние…, черт, он, кажется, никогда не был в таком настроении. И очень надеялся, что ему удается это скрывать, не распугивая сотрудников нелепой улыбкой полного блаженства.
— Спасибо, — кивнул он другу. — Я не забуду такую заботу, — подколол он его, размышляя над тем, что понедельник вовсе не казался тяжелым днем, если начинать его с занятий любовью с Наташей. Пожалуй, Слава готов был каждый свой день начинать и заканчивать именно таким способом.
— С тобой точно все нормально? — уточнил Андрей, наклонив голову к плечу и как-то странно к нему присматриваясь. — А то мне на минуту показалось, что ты вот-вот готов засмеяться, — в голосе друга послышалась усмешка.