Тяжёлый вздох невольно вырвался из моей груди. Найд, укладывавший нарезанные фрукты на тарелку, мельком взглянул на меня.
– Потерпи ещё немного, почти всё готово, – Найд по-своему истолковал мой вздох. – Я накрыл стол на террасе. Будем есть и любоваться видом океана. Нет ничего лучше, чем обед на свежем воздухе, – с широкой улыбкой заверил меня Найд.
– А также завтрак и ужин, – добавил я, забрав со стола тарелку с фруктами.
– Верно! Только те, кто проводит много времени в космосе, умеют по-настоящему ценить красоту планеты. И те мгновения, которые нам дарит природа, – Найд приобнял меня за плечи, и мы вместе направились к раздвижным стеклянным дверям, которые я поначалу принял за обычные панорамные окна. Сейчас через раскрытые двери с дуновениями бриза в комнату врывался солоноватый запах океана.
Обед прошёл весело. Найд Тагр смешил меня, рассказывая в лицах истории из своего прошлого. Он вспомнил, каким был курсантом, какие пакости устраивал своему куратору и тренерам. Рассказал о своём первом самостоятельном полёте на крейсере. И о том, как ему в двадцать пять удалось обзавестись личным звездолётом. Слушая приятный баритон Найда, я смотрел на океан, на волны с белой пеной набегавшие на песчаный берег. Террасу, на которой мы обедали, и берег океана, разделял небольшой луг, поросший невысокой, но сочной травой.
После еды, убрав стол и помыв посуду, мы отправились на прогулку на этот луг. Найд, едва ступив на траву, избавился от сандалий, подхватил их одной рукой, и бодро зашагал босиком, уговаривая меня последовать его примеру. Долго уговаривать меня не пришлось: я тоже снял сандалии, выделенные мне гостеприимным куратором. И мы пошли босиком по живой влаге травы, вдоль берега лазурного океана.
Казалось, что ничего ужасного в моей жизни и не происходило. Не было никакого нападения, страшного сражения и гибели курсантов-барсов. Недавние события, как будто отдалились и потускнели, уступив место краскам настоящего дня, покою и умиротворению, которые способна подарить душе лишь живая природа.
– Хорошо! – Найд, потянувшись, посмотрел на ярко-голубое небо без единого облачка.
– Хорошо… – отозвался тихим эхом. Мельком взглянув на умиротворённого куратора, я вновь стал смотреть на океан. На то, как плавно и ласково волны касаются берега. Играют с ним. Нахлынут, намочат и так мокрый песок, и вновь убегут к своей великой стихии.
– Сая, как ты себя чувствуешь? – неожиданно поинтересовался Найд. Остановился передо мной, внимательно посмотрел в глаза.
– Замечательно! После вкусного обеда, да на свежем воздухе – отдыхаю телом и душой.
– А ты можешь… – Найд опустил взгляд, повернулся к лазурной глади океана, и посмотрел вдаль, – обернуться сейчас? Можешь стать барсом?
– Не уверен, получится ли, – немного смутился я. – Ака говорил, во время полного оборота одежда мешает, и вроде как нужно раздеваться, перед тем как стать зверем…
– Вот оно как… – протянул Найд. И совсем отвернувшись от меня уточнил: – И Ака раздевался при тебе перед оборотом?
– У старосты есть специальные шорты, из какой-то уникальной ткани. Эти шорты не портятся и не исчезают во время оборота, – пояснил я, слегка покраснев. Разговор неожиданно коснулся щекотливой темы. "Получается для полных оборотов, мне нужно обзавестись не только специальными шортами, но и спортивным бюстиком", – подумал я. И вряд ли Ака мне в этом поможет. А жаль… Эрх Тарх говорил, оборотни никому не поставляют ткань, которая может выдержать трансформацию настоящего оборотня.
– О чём задумался? – Найд вновь повернулся ко мне. – Раздумываешь, соглашаться или нет? – Спросил и замолчал, а в глазах застыл невысказанный вопрос: «Боишься раздеваться в моём присутствии?»
– Если честно, самому интересно, получится ли обернуться во второй раз… И как я выгляжу в зверином обличии – тоже любопытно. Я вернусь в дом, обернусь в барса и прибегу к вам…
– А если что-то пойдёт не так? Ведь у тебя нет никакого опыта. Давай лучше отложим оборот на другое время. Придём домой, ты обернёшься, а я побуду в соседней комнате. По крайней мере, если случится что-то непредвиденное, ты сможешь позвать меня.