Только я так подумал, прозвенел звонок на очередную перемену. Найд Тагр ушёл из аудитории, а барсы обступили мою парту со всех сторон. Спокойно сидел, посматривая на новых одногруппников. Драку в аудитории они затевать не станут. Если захотят поучить меня уму-разуму, сделают это по-тихому. Там, где нет камер слежения и посторонних ушей. И с дракой повременят, прощупают почву. Может я стукач. Сообщу декану, и тогда зачинщики лишаться стипендии и части бонусных баллов.
– Сая, а с чего это наш декан к тебе благоволит? – Тек подвинул к себе преподавательский стул, повернул его и сел задом наперёд. Левую руку положил на спинку, правую подставил под подбородок и задумчиво воззрился на меня.
– У меня четвёртый класс трансформации, и это не предел.
– Ха, не предел! С третьим классом оборота у нас только Ака! – Тек кивнул в бок. Из-за спин барсов, я не увидел о каком Аке шла речь. – Ври, да не завирайся! Сразу видно, ты – слабак! Хвост во время оборота сбросить не смог. Слышь, Ака, у тебя тут соперничек нарисовался?!
К окружавшей меня толпе подошёл парень, крупный как медведь и немного неуклюжий. Курсанты расступились перед ним. Ака подошёл ближе, пренебрежительно осмотрел меня и неожиданно протянул мне руку-лапищу:
– Ака, староста группы.
– Сая Казр.
Поднявшись с места, я пожал руку старосты. Кисть хрустнула, стиснутая Акой, но я даже не поморщился. Уметь терпеть боль и держать лицо, изображая абсолютную невозмутимость – первое, чему учат десантников.
Внезапно кровь в руках стала обжигающе горячей. Из кожи полезла шерсть. Пальцы скрючились, стали короткими – звериными. А между ними выскочили кривые и острые чёрные когти. Кисти рук трансформировались в считанные секунды, но я увидел их оборот, словно в замедленной съёмке. При этом кровь в руках продолжала бурлить. И откуда-то возникло глухое раздражение, злость на старосту за напрасно причинённую мне боль.
Ака разжал ладонь, с удивлением глядя на мою лапу. Когти выскочили из лапы, полоснув по ладони Аки в самый последний момент. Брызнула кровь. Воздух наполнился её будоражащим ароматом. Из кожи под носом выстрелили вибриссы. Я увидел их, скосив глаза к носу. Нос стал кошачьим – мохнатым в черных пятнышках.
Довольно рыкнул, унюхав приятный, почти родной запах крови. Барсы дружно отступили от моей парты, когда я обвёл их взглядом. Моё звериное обоняние раскладывало запахи на оттенки, а слух улавливал малейшие изменения звукового фона.
– Сая, всё хорошо! – вперёд вышел Ван Арх, оттеснив ребят подальше от меня. Выставил перед собой руку с открытой ладонью. – Не волнуйся! Никто тебя не тронет.
Мой хвост нервно дёрнулся. Ну, вот зачем он влез?! Я и сам могу разобраться. Опекун выискался! Нос дёрнулся, учуяв новый оттенок запаха в воздухе. Ван Арх пах иначе чем другие барсы. Он не боялся меня, а беспокоился обо мне. Другие курсанты тоже не испугались, лишь сильно удивились моему обороту.
Прозвенел звонок на пару. Парни продолжали молча пялиться на чудо-меня: с лапами вместо кистей рук, бьющим о ногу хвостом, и вибриссами на получеловеческом лице.
– У тебя глаза светятся, – тихо проговорил Ака с нотками восторга и удивления.
Хлопнула входная дверь. К нашей застывшей толпе подошёл преподаватель.
– Что за шум, а драки нет? – весело поинтересовался пришедший. Курсанты расступились. Многие поспешно вернулись на свои места.
– Всё хорошо, профессор Марко Цеви, – заверил его Ака, прижимая повреждённую ладонь к груди.
– Куда там хорошо, у тебя кровь капает! – На полу у ног старосты образовалась небольшая красная лужица. Все, и я в том числе, только заметили это. – Бегом в медблок! И чтоб на следующей паре сидел за своей партой.
Ака, отдав честь, побежал к выходу. Взгляд молодого профессора перекочевал на меня. На вид ему лет двадцать восемь, не больше.
– Новенький?! Слышал-слышал! Присаживайся, только хвост убрать не забудь. Для оборотов у барсов имеются отдельные занятия.
Пока профессор третировал меня, курсанты расселись за парты. Я опустился на стул, продолжая смотреть в глаза Марко. Было в его внешности и запахе, что-то настораживающее, предупреждающее об опасности. Марко выглядел весьма представительно: хорошо сложенный, тренированный, с чёрными как смоль волосами, и серо-зелёными глазами с цепким внимательным взглядом. Профессор явно знал, что хорош собой и умел этим пользоваться.