– Я уже ответил на все ваши вопросы одной фразой – на друзей я не стучу! – я хмуро посмотрел на вице-адмирала.
– А на ухажёров? Ван Арх ведь знает, что ты девушка. Ухаживать пытается или вы встречаетесь?
– У меня девушка есть, поэтому с парнями я не встречаюсь.
– Правильно, с парнями не встречайся, иначе быстро раскроешь себя. За тобой и без этого многие внимательно наблюдают.
Эрх подошёл ко мне, встал оперевшись одной рукой на стол, а другой – о стену: заблокировал мне выход. Наклонился немного вперёд, так что наши глаза оказались на одном уровне. Эрх смотрел мне в лицо, а я – на цепочку с кулоном-пулей в вырезе его свитера. Пуля качалась туда-сюда; тяжёлая, нагретая теплом его кожи. Я вдыхал приятный запах Эрха с нотками сандала. И кажется даже слышал, как взволнованно бьётся его сердце. Посмотрев на Эрха, я поймал его взгляд, направленный на мои губы.
– Когда ты волнуешься твой нежный запах становится сильнее, – замедленно проговорил Эрх.
Щёки зарделись от мысли, что Эрх тоже вдыхал мой запах и он ему понравился. Всё же в нас много всего от зверей. Например, это стремление почувствовать запах и жар тела интересного нам человека. Между нами появилось напряжение, такое же как в фильмах перед поцелуем главных героев.
Эрх пододвинулся ко мне поближе, а я сидел, боясь шелохнуться, с вихрем мыслей в голове. Хочу ли я, чтобы Эрх поцеловал меня? Каково это целовать такого привлекательного и властного мужчину как он? Каков на вкус поцелуй Эрха? Правильно ли это? Что изменится после нашего поцелуя? Смогу ли я доверять Эрху? Нет! А значит, этого поцелуя быть не должно, как бы я не хотел его.
Сердце стучало громко, тело было напряжено, словно готовилось к чему-то новому, перестраивалось и тянулось к мужчине, что замер напротив. Время замедлилось, мгновения превратились в сладкие, томительные минуты.
Вдруг Эрх выпрямился, убрал руку со стола и отошёл.
– Будь осторожен, Сая! Никого из парней больше не пускай в свою каюту. Я знаю, что у тебя нет чувств ни к кому из них. Но позже, если вдруг твою тайну раскроют, среди твоих одногруппников могут поползти грязные слухи и домыслы. Будет неприятно и обидно до слёз. Поэтому даже парней-друзей держи на расстоянии, – сказал Эрх тихим голосом и прошёл к выходу из каюты. – Спокойной ночи, Сая. Я больше тебя не потревожу. Наша следующая личная встреча произойдёт, когда ты окончишь академию.
Эрх покинул каюту, оставив после себя ощущение пустоты, недосказанности. Может мне почудилось, возникшее между нами притяжение, что я нравлюсь ему? Эрх не приревновал меня даже к полуголому Аке. Похоже, приходил только, чтобы поймать старосту с поличным, и припереть к стенке. Но я же чувствовал волнение Эрха, как нечто реальное и осязаемое. Волнение, от которого во мне проснулось что-то непонятное, и желание стать для него привлекательной девушкой. Почему хочется побежать за ним, догнать, обнять и удержать?
Сая, нельзя! Это всего лишь порыв. Не могла влюблённость зародиться так легко. Да и для любви нужно доверять друг другу, а Эрху я нисколько не доверяю. Поэтому произошедшее нужно вычеркнуть из памяти.
Глава 49. Слабость
Я забуду Эрха. Но не сейчас, когда сердце бьётся пойманной птицей, когда в моих мыслях он всё ещё близко, с нежностью и надрывом смотрит на меня. Сейчас я позволю себя крохотную слабость. Всего лишь раз я продлю этот сладкий момент, украду у бытия всего несколько минут жизни притягательного для меня мужчины. Боже, позволь мне ещё чуть-чуть посмотреть на него.
С этими мыслями и внутренней мольбой я схватил бионик с прикроватной тумбочки, поставил на стол, включил и подключился к академической сети.
– Я, Исхара, отзовись мой виртуальный друг!
Именно такой позывной придумал для меня Магарыч. На другую версию он не согласился, хоть я сильно возражал. После моего первого разговора с ИскИном, мы часто встречались в сети, чтобы поболтать о том, о сём. Магарычу требовался друг, а я подходил под его стандарты больше всего, по крайней мере, он мне так сказал.
– Привет, моя Исхара! – написал на экране Магарыч, откликнувшись на зов.
– Не называй меня так! У меня от такого обращения мороз по коже, – ворчливо проговорил я в микрофон.