- Каире, они нас видят?
- Думаю, да. Заклинание слабое, вряд ли оно сработает на уровне генералов.
- И мне кажется, войска начинают нас пропускать.
- Они заинтересовались. Хорошо, но лучше нам не медлить.
Командный лагерь был, во-первых, большим. Во-вторых, он был слишком спокойным для продолжающегося сражения. Верховный командующий в белом одеянии паладина, расшитом серебряными нитями, стоял на краю утеса, всматриваясь вдаль - очевидно, продвижение войск его вполне устраивало, и он даже не считал нужным отдавать новые приказы. Все шло своим чередом. Рядом стояли несколько лучших священников и полтора десятка генералов - в основном, представители княжеств. Глядя на верховного командующего, они тоже старались держаться важно и уверенно: незачем беспокоить его светлость лишними вопросами, когда все хорошо. Ну, то есть, почти все: маги - эти ошибки Пресветлого - изрядно заставили всех понервничать, да еще каким-то образом ухитрились уничтожить целый корпус священников, но сейчас их силы, кажется, были исчерпаны. Осталось только пробиться через берсерков - жалко ребят, конечно, ну да Пресветлый позаботится об их душах, - и путь через ущелье будет открыт, а там их уже ничто не остановит.
- Ваша светлость...
Верховный командующий обернулся. Неизвестные всадники уже поднимались на утес.
- Очень хорошо, - негромко произнес он, кивнув своим мыслям, - проводите их сюда.
Девушки - теперь он это заметил - спешились и подошли, держа в поводу своих коней. Каире заговорила первой:
- Приветствуем вас, лорд.
- Я полагаю, вы прибыли как парламентеры?
- Пожалуй, так.
- Они прислали на переговоры... женщин? - командующий удивленно вскинул брови.
- Хм. Вы против?
- Если вы прибыли с полномочиями обсудить условия капитуляции - я, так и быть, переживу.
- Напротив, лорд, у меня есть полномочия рекомендовать вам отступить.
- Пф. Мы обойдемся без ваших рекомендаций.
- По крайней мере, вы смогли бы сохранить людей.
- Оставьте заботу матерям, леди. Это война, и ваше место не здесь, а у домашнего очага.
- И всё же подумайте над моими словами. Империя не так проста, как вам кажется.
- Бросьте. Это, - он махнул рукой в сторону ущелья, - не более чем досадная задержка. Скоро мы додавим вашу нечисть - и всё, Империя, как вы ее назвали, будет просить пощады. Еретиков, конечно, придется казнить.
- Каире, - Тако выдохнула, словно выходя из легкого транса, - бесполезно, у них блок.
- Серьезно?
- У всех, словно красная лента... Они фанатики, почти безумцы, разной степени безумия.
- Кого вы здесь посмели назвать безумцем, леди? - Верховный командующий зло сощурился.
- Жаль, - Каире проигнорировала его слова, - очень жаль, лорд, что вы меня не услышали. Нет существа опасней, чем мать, защищающая своих детей.
- Ну-ну, и что же мне угрожает? Вы даже не маги, что сделаете?
- Убьем.
Каире сделала шаг назад, Тако вполоборота встала за ее спиной. Вокруг вспыхнуло пламя. Кони вдруг встрепенулись и, также объятые пламенем, метнулись вперед, меняя очертания, увеличиваясь в размерах, превращаясь в двух огненных змеев. Священники шагнули вперед, поднимая щиты жизни, - Каире лишь покачала головой, когда живое гудящее пламя одним движением очистило утес и от священников, и от генералов, и от верховного командующего. Их смерть, наверное, была мгновенной. Кто-то из стражи вскинул арбалет и выстрелил, но тяжелая волна огня смела арбалетный болт прямо в воздухе, разбрызгав по земле лишь расплавленный металл. Огненные змеи подхватили и подняли девушек почти до самого верха ущелья - страшная и недосягаемая высота. И оттуда два огненных чудовища рухнули вниз, как падает сверху кит на рыбацкую лодку, уничтожая все без следа. Змеи метались по ущелью, оставляя на скалах черные обугленные следы, выжигая все живое, превращая влажную после осенних дождей глину в камень. Огненное безумие длилось считанные минуты и закончилось так же внезапно как началось: девушки вдруг встретились взглядом, кивнули друг другу и исчезли. Но уже не было ни одного живого существа в ущелье, пережившего этот ад.
Ксаргон, вероятно, почувствовал возмущение магического фона. Может, конечно, это была эмоциональная волна или след от большого количества смертей в одном месте. Так или иначе, он вдруг прервал свой путь между мирами, прислушался и перенесся в ущелье на самом краю Империи.
Гефер, с обостренным чувством эмпатии, решил бы, наверное, что в одно мгновение шагнул слишком далеко за грань безумия. Но даже на осознание себя у него сейчас не было никаких сил: чужая адская боль и панический ужас захлестнули его, словно гигантская волна. Какая сила могла совершить такое? Его несуществующее тело словно выворачивалось наизнанку и тысячи, миллионы раз сгорало в безжалостном огне. Он словно ослеп, в мгновение перестав воспринимать окружающий пейзаж, он, может быть, и оглох - потому что вместо звенящей тишины опустошенного ущелья он слышал рев пламени и крики людей. Он вдруг потерял себя, растворился в смерти других, но в последний момент какая-то сила выхватила его, как котенка за шкирку, из этой круговерти безумия и швырнула в тихое, черное, холодное нигде. Кажется, Гефер еще слышал голоса, показавшиеся даже знакомыми, но пустота вокруг была столь приятной, что призрак только свернулся калачиком на полу и чуть слышно постанывал, приходя в себя после пережитого ужаса.
Голоса, между тем, принадлежали демонам.
- За что ты его так? - Данатиэль приблизился поприветствовать Ксаргона.
- А, забыл про него.
- Хранитель миров забыл, - серая тень покачала головой и двинулась дальше собирать души умерших.
Ксаргон еще раз окинул взглядом выжженное ущелье и переместился в самое сердце Безмолвных гор.
Хранитель миров переместился в Безмолвные горы. Замок, наполовину занесенный снегом, упирался шпилями башен в нависающие на склонах облака. Ледяной ветер свистел между скал, выискивая себе жертву. В такую непогоду замок казался самым неприветливым местом на свете. Впрочем, Ксаргону окружающее его буйство стихии было безразлично.
Повинуясь приказу Хранителя, тяжелые двери замка распахнулись, впуская внутрь миллиарды снежинок. Звук тяжелых шагов разлетелся по залу гулким эхом, и из метели в зал вошел сам Хранитель, в белом как снег балахоне с темно-синими узорами по краю подола и темно-синем же плаще. Длинные ленты его капюшона рванулись вперед, подхваченные прорывом ветра, но он не обратил на это внимания.
Две девушки обернулись при его приближении, но не сдвинулись с места. У их ног горело живое пламя, словно противоположность холодному, снежному облику Хранителя.
Ксаргон остановился, не доходя до девушек пары шагов, и все трое замерли, изучая друг друга.
- Будьте любезны, Великий, закройте дверь, - Каире произнесла это почти спокойно, заставив неподвижную маску чуть улыбнуться.
- Вам скоро будет все равно, - Ксаргон направил на нее волну дезинтеграции, но натолкнулся на магический щит. Удивленный - что за щит способен выдержать прямое воздействие Хранителя? - он перенаправил теряющее силу заклинание на Тако. На этот раз магия сработала, и девушка осыпалась прахом, но дальше случилось странное. Освободившийся дух повис в метре над полом, не теряя четкости очертаний, а от праха вверх взметнулся огненный столб. Пламя удерживало девушку, не позволяя Ксаргону получить контроль, как он сделал это с Гефером.
Каире проследила за метаморфозой и, убедившись, что ситуация стабильна, снова повернулась к Хранителю:
- Значит, магию можно перенаправлять? Очень интересно, а люди так умеют?
- Им без надобности, - ответ прозвучал излишне резко, - однако все это... - Ксаргон обвел девушек рукой.
- Однако нам нужно кое-что обсудить, - Каире разжала кулак, и на ее ладони, увеличившись в размерах, оказался переливающийся шар, - а без этого, боюсь, вы не стали бы меня слушать, Великий.