- Пока нет. Но корабли нам пригодятся. Так что запиши новое поручение.
Рен кивнул недоверчиво хмыкнувшему Советнику.
- Пиши, пиши. Нам нужны: строители, корабельщики, моряки и ткачихи для изготовления парусов.
Тиссен послушно развернул чистый свиток, придвинул чернильницу, но, помедлив, покрутил пальцами перо.
- Рен, все эти работники наверняка есть в Орассте, - озабоченно глядя на Властителя, заметил он.
- Они будут нужны нам в новом порту.
Советник, выронив перо, на минуту замер, а затем изумленно откинулся на спинку кресла.
- О чем ты, Рен?! Какой новый порт?
Ренвольд решительно поднялся, раздвинул свитки и положил широкую ладонь на лежавшую под ними карту.
- Тот, который мы построим на краю леса.
Ошеломленный новостью Тиссен уставился на Властителя, открыв рот. А тот, довольно улыбнувшись, добавил:
- Теперь - к океану!
* * *
Он лежал неподвижно, и только глаза его, жесткие и внимательные, переходили с лица Совершенного на смиренные лица поселенцев. "Хорошо, что я только что выпил зелье, - мысленно похвалил себя Колнуд. - Тело мое сильно и наполнено энергией. Месяц на воде и хлебе пойдет только на пользу".
- Брат, желаешь ли ты принять нашу веру?
Совершенный, знавший, что после такого продолжительного поста новые братья часто еле могли шевелить губами, наклонился поближе, но Колнуд громко и решительно произнес требуемые слова:
- Моли бога обо мне, грешном, чтобы привел он меня к благому концу и сделал из меня доброго христианина.
Совершенный, только что такой мягкий и расслабленный, вдруг впился пронзительным взглядом в глаза Колнуда.
- Отдаешь ли ты себя богу и Евангелию?
- Отдаю, - не отводя глаз от бледного лица старика, решительно ответил неофит.
Слова священнодействующего теперь звучали жестко и требовательно:
- Обещаешься ли ты, что отныне ты не будешь вкушать ни мяса, ни яиц, ни сыру, ничего животного, кроме водного и растительного; что не будешь говорить неправду, не будешь клясться, не будешь вести развратной жизни, не пойдешь один, если будешь иметь возможность найти спутника; что не отречешься от веры из боязни воды, огня или другого какого-либо наказания?
- Обещаю, - ответ Колнуда звучал так же твердо, как и предыдущие.
Все, кто стоял в комнате, опустились на колени, а Совершенный, положив на голову Колнуда раскрытое Евангелие, протянул руку за белой хламидой, которую тут же ловко натянул на новоявленного христианина. Оживленные миряне поднялись с колен и потянулись друг к другу: мужчины целовались между собой, а женщины прикасались к локтю.
- Теперь, брат наш, когда господь услышал твой обет вести чистую и безупречную жизнь, душа твоя очистилась от духа зла и вернулась к богу, - торжественно провозгласил Совершенный, помогая Колнуду подняться.
Верховный Жрец Норра склонил голову и отвернулся от старика, чтобы тот не мог увидеть его усмешки. Начало положено. Занять место рядом с Совершенным будет не так трудно. И все это стадо баранов, в конце концов, покорно пойдет за новым вожаком. А сокровища, принадлежащие общине, в большом мире помогут ему открыть иные возможности для удовлетворения новой одержимости - власти.
* * *
Накануне вечером они долго спорили по поводу желания Кирэны непременно отправиться с отрядом Властителя к океану. Напрасно девушка клялась, что будет примерной и послушной спутницей, обещала идти шаг в шаг за Ренвольдом, никуда не отлучаться и вообще...
Обиднее всего было, что Рен знал о мечте Кирэны увидеть корабли, знал о ее желании своими глазами увидеть те самые океанские просторы, о которых когда-то рассказывал ей учитель.
- Ну, как ты не понимаешь! - возмущенная Кира в сердцах топнула ногой. - Я так и не попала в Орасст...
Ренвольд не сдержал улыбку:
- Надо было бежать от своего жениха в другую сторону.
- Я не только убегала от него, - запальчиво возразила юная супруга. - Мне еще хотелось увидеть океан!
Но Рен не желал ничего слушать. Он твердил упрямой жене о длительности путешествия, о неудобствах и опасностях, подстерегающих отряд. И Кира прекратила бессмысленный спор. Хочет Рен или нет, она все равно отправится с ним. Так зачем, спрашивается, спорить?
За бурным объяснением последовала не менее бурная ночь, примирившая молодых супругов. А когда рассвет заглянул в окна, Ренвольд разбудил Киру. И теперь уже полностью одетый, он стоял в спальне и все еще не мог расстаться с юной женой.
Кирэна покорно опустила голову, чтобы Ренвольд не заметил упрямого выражения ее глаз. Муж подозрительно прищурился.
- Как? Ты больше не будешь требовать, чтобы я взял тебя с собой?
- Ну...- Кира затеребила тонкое полотно ночной рубашки , - тебя же все равно не уговорить.
Рен пальцем поднял подбородок девушки.
- Мне будет спокойнее, если ты будешь ждать меня здесь, - он чмокнул Киру в нос. - Мы не знаем, что нас ждет, девочка.
Увидев тревогу в ее ясных глазах, Ренвольд понял, что этого не стоило говорить, и заторопился:
- Не думаю, что там будет очень опасно. Просто неизвестно, понимаешь?
- Понимаю, - послушно кивнула Кира.
Рен недоверчиво хмыкнул. Что-то она слишком сговорчивая сегодня. Милая, кроткая, как голубица? Как бы не так! Вчера она была больше похожа на котенка - только взъерошенного от негодования и с очень острыми коготками. Пара кровавых царапин на мужском самолюбии Ренвольда была нанесена мастерским ударом. Но сейчас жена смотрела на него таким искренним и невинным взглядом, что он потерял бдительность. Крепко прижав Киру к себе, Ренвольд долго стоял неподвижно, ощущая, как громко колотится сердце, а потом его губы прижались к ее рту.
- Мне так трудно расставаться с тобой, малышка, - Рен оторвался от сладких губ жены.
Кира с трудом перевела дыхание. Ее затуманенный страстью взгляд блуждал по лицу Ренвольда.
- Я постараюсь вернуться как можно скорее, - прошептал он, зарывшись лицом в ароматное золото волос жены.
- Я не расстанусь с тобой никогда! - невпопад, но пылко ответила Кира, прижавшись лицом к широкой груди мужа.
Если бы Ренвольд не был так переполнен эмоциями, он, наверное, обратил бы внимание на эти слова. Но понимание того, что почти целый месяц он не сможет любоваться ярким светом голубых глаз жены, не прикоснется к нежным губам, не почувствует ее руки на своем теле, заставляло его жадно вглядываться в милые черты.
- Кира, любимая...
Еще один жаркий поцелуй - и Властитель Агорраса, резко повернувшись, вышел из комнаты.
Кирэна, все еще тяжело дыша, смотрела ему вслед, но на лице ее не было отчаяния, как одновременно надеялся и боялся Ренвольд. Она уже приняла решение, и теперь оставалось только поторопиться.
Бросившись к сундуку, в котором хранилась одежда, Кира встала на колени и долго рылась в стопке аккуратно сложенных платьев, пока не вытянула из-под них штаны, рубаху и куртку. Как хорошо, что именно в этом виде наследная Властительница Сарретоса прибыла в Агоррас! Нашарив в глубине сундука роскошный синий берет, Кирэна лукаво улыбнулась. Теперь Рену не придется брезгливо морщиться от кошмарной шляпы, в которой он впервые увидел будущую жену в лесу.
Кира мечтательно вздохнула, вспомнив свое необычное путешествие, но тут же охнув, вскочила. Времени предаваться приятным воспоминаниям у нее не было. Если отряд Рена уйдет слишком далеко, она не сможет их догнать. Надо было ухитриться не попасться мужу на глаза и в то же время не отстать.
Торопливо натягивая кожаные штаны, Кира прыгала на одной ноге.
- Как же, - бормотала она, - буду сидеть и дожидаться. Может, мне больше никогда в жизни не доведется увидеть океан? Мало того, что в Орасст не попала...
Если говорить честно, еще одна, глубоко запрятанная, мысль заставляла Кирэну следовать за супругом. Лесные ведьмы. Конечно, они не попадались им в долгом странствии по лесной чаще. Но - кто знает? А вдруг это правда: немыслимой красоты женщины, удерживающие у себя молодых, здоровых мужчин? Кирэна возмущенно фыркнула. Отпустит она его одного, как же! Не дождетесь! Не то, чтобы Кира сомневалась в любви и верности своего молодого супруга, но...Ведьмы на то и ведьмы. А муж у нее один. Единственный.