- Слышишь? - спрашивает он.
Замираю, резко переставая рыдать. Пытаюсь уловить посторонний звук и действительно, снаружи сначала едва слышно, а потом уже более отчетливо доносится какая-то возня.
Я почему-то подумала, что сейчас мне придётся распрощаться с объятиями босса, но он все так же крепко меня держит.
Когда двери лифта открываются и холодный офисный свет касается кабины, прогоняя абсолютную темноту, я сама тут же выпрыгиваю из лифта.
Ко мне мгновенно возвращается чистое, не затуманенное страхом сознание.
На босса теперь стараюсь не смотреть. Почему-то мне кажется, что если бы он и в самом деле меня отшлепал, мне сейчас было бы не так стыдно.
Страхи - это, всё-таки, слишком уж личное.
- Долго - сухо замечает Азамат Рустамович, глядя на охранника.
Тот пытается что-то сказать в свое оправдание, но я не слушаю, мне не до него.
Глубокий вдох. Выдох. Снова вдох.
Пока пытаюсь успокоить бешено бьющееся сердце, понимаю, что мы приехали как раз на двадцать шестой этаж.
- В порядке? - интересуется босс, оглядывая меня.
Ему, оказывается, тоже не до охранника.
Молча киваю.
Хочу поблагодарить босса за спасение, но замечая его тяжелый, хмурый взгляд, просто не решаюсь.
Брови сурово сдвинуты, губы плотно сжаты... Интересно, он меня с таким же лицом обнимал?
- Тогда чего ждете? За работу Анна, за работу. Смотреть строго в отчеты и графики. На чужие пятые точки не засматриваться. Других жертв не искать.
- Почему это? - прихожу в себя я.
Мне-то его драгоценность без надобности, а вот Ритка бы точно…
- Потому что оштрафую.
А я ведь только решила считать его нормальным человеком.
Глава 9
Четыре.
Четыре неверно отправленных документа.
Двадцать звонков, на которые я отвечала что-то вроде «я уточню информацию и обязательно вам перезвоню».
Как следствие, тридцать судорожных попыток дозвониться до Веры, все неудачные.
Еще больше стуков в кабинет босса, так как спрашивать мне больше не у кого.
Босс, на удивление, на все мои вопросы отвечал спокойно и строго по делу, своего раздражения ни разу не показывал.
Правда, в конце дня уже поглядывал на ковер, но, видимо, решил приберечь его до тех пор, пока я не стану выглядеть менее жалко.
Сегодня я и сама готова на коленях молить его о том, чтобы он меня уволил.
А так ведь ему неинтересно. Слишком уж легкая добыча, совершенно никакого удовольствия.
Итак, что у нас дальше?
Ах, да.
Три кофе с солью вместо сахара для начальника и его компаньонов, и одна большая и всеобъемлющая паника.
Вот такой у меня получился первый день.
К концу я уже чувствовала себя абсолютным, ни на что не способным ничтожеством.
Ума не приложу, как ко всему этому можно привыкнуть.
Как вообще можно знать ответы на все эти вопросы, которые задают по телефону, как можно умудряться выглядеть дружелюбно, когда тебя просто разрывают со всех сторон, и как можно запомнить всё, что тебе приказывают запомнить?
Единственное, чего сейчас хочу, - скорее прийти домой, смыть с себя этот день и зарыться под одеялко.
Только вот я уверена, что сегодня не усну. Буду снова и снова прокручивать в голове самые неловкие моменты этого дня и стукать себя по лбу.
Понимая, что терять мне уже нечего, и что этот день не спасет даже одеялко, решаю задержаться.
Получше изучу теоретическую часть и хоть немного облегчу себе завтрашний день.
Второго такого дня я просто не переживу.
Правда, нельзя сказать, что задержаться - это полностью добровольное решение...Просто босс всё еще в своем кабинете, а мне нельзя уходить первой.
Слава Богу, хоть телефон, наконец-то, заткнулся.
На часах половина восьмого, а я вовсю исследую рабочий стол на компьютере, заглядываю во все папки, просматриваю все документы - в общем, пытаюсь освоиться в электронном пространстве.
Стоит мне только погрузиться во все это с головой, как вдруг в коридоре раздается стук приближающихся каблуков.
Поднимаю глаза.
В приемной появляется молодая женщина. Высокая, стройная, сногсшибательная блондинка в элегантном черном платье.
Такое чувство, что она пришла сюда прямо с церемонии "Оскар". Безупречный макияж, платье, украшения - выглядит всё это очень дорого и стильно.
Точно не сотрудница.
Я неуверенно поднимаюсь с места.
- Добрый вечер? - вопросительно произношу я.
Просто её разъяренное лицо требует небольших уточнений.
- Азамат у себя? - вместо ответа спрашивает она на ходу.