— Ты пришел… ты пришел… — повторяла лихорадочно, уткнувшись в его шею. Слезы вновь накрыли, только сейчас от облегчения, ощущения его запаха, что окутывал, даря спокойствие. —Пришел несмотря… на то, что я сказала.
Он крепко держал меня. Всей своей бесконечной силой, как дражайшую драгоценность.
— Пока я дышу, никто не посмеет причинить тебе боль.
И я правда поверила в эти слова, что буду отныне в безопастности, чтобы не случилось. Потому что меня защищала сама смерть.
Постепенно дыхание выравнивалось. Сердце все еще билось в висках, но страх понемногу отступал, растворяясь в его объятиях. Ощущая как дрожь уходит из мышц, как тепло его тела проникает под кожу.
В какой-то момент за дверью послышались торопливые шаги. В комнату вбежали слуги, но он даже не взглянул на них.
— Очистите все, — коротко бросил он хлестким приказом, не отпуская меня.
Слуги тут же метнулись исполнять его волю.
Дракон повернулся ко мне, будто мы остались одни во вселенной и не говоря ни слова, осторожно подхватил меня на руки.
Я вздрогнула, но не сопротивлялась. Напротив сжала руки вокруг его шеи крепче, уткнулась лицом в его плечо, не желая отпускать ни на минуту. Не желая терять это чувство защищенности, которого мне всегда не хватало.
20. Рядом с тобой
Он нес меня на руках, будто я весила не больше перышка. Широкие шаги отдавались по коридорам гулким эхом, и каждый удар по камню врезался мне в виски.
Я едва дышала. Сознание то прояснялось, то снова вязло в черной трясине, не получалось разобрать ничего вокруг.
— Куда… ты идешь? — голос был слабый. Я даже не была уверена, произнесла ли это в самом деле в вслух.
— В мои покои, — коротко отозвался он без эмоций, не сбавляя шага. — Отныне тебе лучше быть рядом со мной, пока я не разберусь, кто это был и зачем добивались твоей смерти.
Слово «смерть» резануло. Я задрожала. Его хватка тут же стала плотнее.
— Мне страшно… — выдохнула я, и не выдержав, всхлипнула. Слезы скатились по щекам. Я ненавидела себя за них, за эту слабость что стала для него так явна.
Он не ответил. Только раздраженно нахмурился. Конечно, раздражен. Я — обуза. Жалкая, трясущаяся, едва живая и он наверняка жалеет, что вообще пришел.
Мы остановились у массивных дверей. Он пнул их ногой без усилия, и они тут же распахнулись.
Он подошел к кровати, бережно посадил меня на край, и сам опустился передо мной на колени. Оттирая слезы на моих щеках, задерживаясь кончиками пальцев на моей коже чуть дольше, чем требовалось.
— Прости, — сказал он хрипло. — Я не должен был позволить этому случиться. Не с тобой.
Внимательно всматриваясь в мое лицо, словно пытался прочесть, что творится в моей голове, а там был хаос.
Я покачала головой. Новый всхлип вырвался прежде, чем я успела сжать губы.
— Ты пришел… — прошептала вновь подобно заклинанию. — Я ведь думала...
— Приду, — перебил он, не отрывая взгляда. — Всегда.
Сердце дрогнуло. Слова будто выжгли внутри остатки холода.
— Ты услышал, как я звала?
— Услышал, — просто ответил он. — Должно быть, наша связь сильнее, чем я думал. Твой зов дошел до меня, даже в человеческой форме.
Он поднялся с колен, не сводя с меня глаз, схватил одеяло и укутал меня как дитя. Движения были такие небрежные, но все же отдавали нежностью. Или я просто воспринимала желаемое, за реальность.
— Ложись. Тебе нужно отдохнуть.
— Я не могу, — проскулила я. — Не могу пошевелиться… и… мне очень холодно. Пожалуйста, останься рядом со мной.
Он не раздумывая уложил меня на кровать и лег рядом накрывая своим телом как щитом.
Я вжалась в него, как в опору всего, что у меня было. Его грудь под ладонями тяжело поднималась и опускалась, с каждым вздохом я чувствовала, как бешено колотится его сердце.
— Не бойся, — прошептал он. Голос стал низким, почти ласковым. — С тобой ничего не случится. Не при мне.
— Кто бы это ни был… — продолжил он. В голосе вдруг отдалось чем- то темным. — Я вырву сердце у любого, кто тронет тебя. Тебя — мою Истинную.
Я сжалась, словно от пощечины. Значит, все об этом? Из-за этой связи? Он не прощает тех, кто трогает его. И это не потому что я важна, потому что есть чувства ко мне, а потому что его?
Моя. Истинная.
Не имя, не женщина. Функция. Я была ценна для него, только как возможный сосуд для его наследника. Если бы не это, наверняка бы он сам первый и разорвал меня на части, как тех мужчин не пожалев. А возможно и не пожалеет, как свою прошлую. И все же сейчас…мне он был так нужен.