Фаина с томиком в руках драматично прижала его к груди, а Милора, изображая мужчину с грубым голосом, театрально упала на скамью.
Они явно изображали сцену из какой-то пьесы, взятой из любовного романа. Что я не сдержалась и хохотнула вслух.
Эти двое не только оживляли помещение, но и, казалось, освещали что-то внутри меня. В детстве я была бойкой, и у меня никогда не было возможности подружиться с другими девочками, играть с ними в куклы или догонялки. У нас с Эдди, были только мы.
И благодаря этим двум веселым девушкам, которых я все больше узнавала, я чувствовала себя менее загнанной в клетку обстоятельств.
— Нашли что-то? — они обернулись, услышав мой смех.
— Пока ничего подходящего… — я вытащила с полки старую книгу, корешок которой украшал знак выжженного солнца.
— Это книга о Дарах, — подошла ко мне Милора, рассматривая ее. — У каждого дракона свой дар. У кого-то огонь, как у нашего хозяина, у кого-то пламя льда и даже самой тьмы. А у кого-то сила мыслей, что ломает стены.
— Мыслей? —я удивленно моргнула, — Никогда не слышала о подобном.
—Да. — Фаина оперлась о край полки. — Один из Винсериунов, говорят, убил целую армию, сломав их волю и заставив сражаться с друг с другом, но конечно, правдивость событий давних времен, доказать некому.
Я понимающе кивнула.
— Здесь довольно обширная коллекция на тему драконов, огромное количество мифов и легенд. Подождите. Я принесу вам…
Служанки начали метаться между стеллажами. Я села за один из столиков, и вскоре передо мной уже лежала целая стопка книг.
— Спасибо, — кивнула я им.
— Если что зовите. Мы рядом.
Они отправились к подоконнику, где продолжили тихонько смеяться, листая книги, а я начала просматривать страницы, где писалось про силы драконов.
«Каждый дракон рождается с уникальным Даром. Существуют драконы с силами разрушения или восстановления, с силами самой земли или способностью вытягивать душу через прикосновение.»
Строки тянули за собой, по телу расползлись мурашки. Сколько же власти у этих сущест?
«Метки — отображение дара дракона.»
Я схватила книгу и поднесла ближе, рассматривая представленные рисунки меток. Извилистые узоры, начерченные чернилами, создающие причудливые формы, моя тоже была среди них.
«Метка всегда появляется на ладони избранной, ее узоры пересекают линию ее жизни.»
Я хмыкнула. Как иронично, даже метка намекает, что жизнь больше не принадлежит нам.
«Считается, что души истинных вибрирует в унисон с драконом, и потому метка кажется им родной. От нее уже никогда не избавиться.»
Губы пересохли, я отложила книгу, сделала глоток воды из графина, стоявшего рядом, и продолжила.
«Связь дракона и истинной — редчайший дар. Сама природа пытается создать идеальный сосуд, способный выдержать силу дракона. И главное, продолжить его род, но даже у нее, крайне редко получается создать ее.»
Я перечитала строки. Потом еще раз.
«Женщина, способная не только вынести близость с драконом, но и та, чье чрево может хранить в себе древнюю мощь и стать редчайшим вместилищем для нового потомства. Одним из главных признаков особенной связи считается, необычайное, намного более сильное притяжение истинной с его драконом...»
27. Моя метка на твоей душе
Я проглотила образовавшуюся слюну. Возможно ли…?
Недавние воспоминания, как его руки скользили по моей коже, заставило по венам вместе с кровью течь невыносимому жару, словно моя душа кричала что он был моим, а я — его.
Каждый раз когда он прикасается ко мне, я словно сгораю, но эта боль такая сладкая, до одури желанная.
Как же не хочется отталкивать его, это становится все труднее и труднее. Я понимаю, что это глупые чувства, на которые он никогда не ответит по настоящему.
Пока я взахлеб читала книгу, в библиотеке сгустились сумерки, за окном начал барабанить дождь.
— Истинная, желаете и дальше оставаться в библиотеке? — раздался внезапно голос Милоры.
—Да, я пожалуй еще задержусь. Вы можете идти.
Честно говоря, не хотелось заставлять их торчать здесь, вместе со мной.
Девушки видя мою сосредоточенность, тихо попрощались и поспешили уйти, оставив меня наедине с этой горой новых знаний.
Я перелистывала страницу за страницей, пока слова не начали сливаться в единое пятно. Дождь все больше усиливался, голова тяжело наклонилась, я уперлась подбородком на ладони, позволив себе небольшой отдых.