Среди общего веселья никто не заметил одинокую фигурку, спрятавшуюся в нише, между греческими колоннами.
Алина Давентри старалась утереть навернувшиеся слезы. Слезы не обиды, а радости и грусти. Она была очень рада за подругу, но, как и на любой свадьбе, сегодня она чувствовала себя особенно одинокой.
- Я удивлен, что вы избегаете всеобщего веселья.
Кевин Грейфсон как всегда бесшумно приблизился сзади.
- Просто захотелось немного передохнуть, - она чуть вздрогнула, когда его большой палец стер слезинку с ее щеки.
- И почему все женщины плачут на свадьбах? Разве это не самый счастливый день в их жизни?
- Я не знаю, - ее носик предательски сморщился, и она замотала головой, прогоняя слезы. - Мне всегда бывает грустно на свадьбах. Не подумайте, я не завидую их счастью, точнее... Когда ты видишь, как два человека, соединяют свои жизни, ты понимаешь, насколько ты одинок. Вы считаете, что это глупо?
- Вовсе нет. Я вас понимаю.
Он чуть приподнял ее подбородок и легко поцеловал пухлые розовые губы, задержавшись на них лишь на пару мгновений. Почти так же, как сделал это много лет назад, тоже под Рождество.
В ее голубых глазах, оттенка ясного неба мелькнул вопрос, когда он отстранился.
- Я лишь хотел, чтобы вы не грустили в такой замечательный день.
И он ушел, так же бесшумно, как и появился, пытаясь сдержать бурю терзающую его сердце.
Пары кружились в медленном вальсе в центре зала. Александр уверенно вел Аманду в танце.
- Вы снова уезжаете? - девушка, чьи янтарные глаза, как всегда, лучились теплотой и мудростью, слегка сжала его ладонь.
- Да. Через неделю отплывает мой корабль.
- И куда вы поедете?
- Еще точно не решил.
- Но вы напишите мне? Мы отплывем в Америку только в начале февраля, а пока будем жить здесь в Грейфпарке.
- Я не могу.
- Это всего лишь письмо!
- Аманда, послушайте. Нам не стоит продолжать общаться в таком духе. Это не правильно. Вы достойны любящего мужа, семьи, безопасности. А я не могу дать вам ничего из этого.
- Но...
- Не нужно, не говорите ничего. Когда-нибудь вы поймете, что я был прав и будете мне благодарны, что я не воспользовался вашими чувствами.
- Значит это все? Мы больше никогда не увидимся?
- Никогда это слишком долго,- он задорно усмехнулся, ускоряя темп вслед за музыкой.
Позже Александр кивнул мистеру Джорджу, который стоял у двери, ведущей в сад в компании графа Гали. Тот кивнул в ответ. Еще вчера Феникс получил все нужные сведения о предстоящей операции в Ирландии. Но для начала ему предстояло найти сбежавшую Саванну Лейтон. Циркачка знала слишком много, и отпускать ее было опасно.
Ханна перехватила его в холле. Она стояла у высокого портрета бывших герцога и герцогини.
- Вы уходите?
- Еще нет. Я уеду только завтра, как и обещал.
- Не смейте проделать этот фокус, и уйти не попрощавшись! Иначе я вас прокляну.
- Когда вы сердитесь, вы становитесь, очень похожи на свою бабушку! – он с притворным ужасом замахал на нее руками.
- Да, все говорят, что я ее копия, но глаза нам с вами достались от деда, - она лукаво подмигнула. – Я слышала, как двоюродная бабка Луизы обсуждала с мистером Смитом, не родственник ли вы нам.
- Именно благодаря этим глазам мы с вами и покоряем чужие сердца. Красивый портрет.
- Очень. Каждый раз, когда смотрю на него, сердце сжимается. Что за тяжелая судьба выпала этим двоим. И я не знаю, как рассказать Калебу правду. Что если Патрик Грейфсон все еще жив, и нам удастся его разыскать?
- На самом деле я кое-что узнал.
- Ах! И вы молчали?!
- Я все рассказал мистеру Грейфсону, которому тоже известна вся история. И если вы не хотите, чтобы ваш муж оставался единственным человеком, который ничего не знает, вам лучше признаться как можно раньше.
- Да. Вы правы. Если знал мой отец, то наверняка он мог рассказать кому-то еще. Но что вы узнали?
- Лишь то. Что Патрик Грейфсон давно сменил имя на Хайр эд-Дина пашу. И искать его нужно в османской империи.
Эпилог.
Маленькая, деревянная дверь, предназначенная для охраны Тауэра, жалобно скрипнули несмазанными петлями, пропуская закутанную в плащ посетительницу. Хрупкая высокая девушка с трудом тащила нагруженную продуктами плетеную корзинку. Стражники, что впустили ее, приветливо улыбнулись, когда она скинула мокрый капюшон с каштановых волос.
- Миссис Фрост, добро пожаловать! Давайте мы вам поможем, ведь корзина очень тяжелая.
- Вы мне действительно поможете. У меня сегодня день рождения, так что я напекла пирогов не только для своего мужа. Вот, угощайтесь, - она протянула им пирог, завернутый в чистое полотенце и термос с элем. – Он с телятиной и грибами.
- Спасибо, миссис Фрост. Мыс радостью выпьем за ваше здоровье.
Женщина прошла дальше, по пути угощая каждый пост охраны.
- И как нашему старому директору досталась такая красотка?
- И не говори. Что ж он должен вытворять в постели, что она каждый день носит ему еду на работу, не смотря на погоду.
- Мне б такую жену!
- Мечтай! – охранники устроились на полу, собираюсь чудно перекусить.
Кабинет начальника тюрьмы находился в левом крыле здания, там же, где держали привилегированных заключенных. Миссис Фрост быстро пересекла коридор и постучала в дубовую дверь.
- Входите!
Когда ее фигурка появилась в дверном проеме, начальник тюрьмы поднялся, и его солидное брюшко качнулось над столом.
- Дорогая, я же говорил, чтобы ты сегодня не приходила. В такую погоду, да и еще в такой день, - он ласково поцеловал ее в подставленную щеку.
- Муж мой, раз ты сегодня, в мой день рождения, не можешь составить мне компанию дома, я решила, что мы сможем отпраздновать вместе здесь. В твоем кабинете.
И она начала расставлять угощения на его письменном столе.
- Ты ж моя, козочка! И за что мне досталось такое счастье встретить и полюбить тебя?
- За то, что ты очень хороший человек. А теперь налейте мне вина, мистер Фрост.
Начальник тюрьмы посвятил своей супруге очень витиеватый тост и залпом осушил свой бокал. После чего накинулся на барашка с тушеными овощами. Жена сидела напротив него, уперев подбородок своего прекрасного личика на скрещенные руки и ничего не ела.
- Милая, почему же ты не ешь?
- Хочу задать тебе два вопроса.
- Каких?
- Связка ключей от камер по-прежнему лежит у тебя в верхнем ящике стола?
- Да. Но как ты узнала?!
- В какой камере содержится Майкл Лапетти?
Но ее муж не ответил, его лицо покраснело и словно начало раздуваться, глаза выпучились, и он начал хватать ртом воздух, захрипел.
- Ладно, можешь не отвечать, я все равно сама узнаю. Прощай, муж мой.
Мисси Фрост перешагнула через упавшее и не двигающееся тело мертвого мужа и достала связку ключей. Пробежав глазами список камер и арестантов, она удовлетворенно кивнула. Выйдя в коридор, она убедилась, что вся охрана крепко спит. Быстро преодолела каменные ступени, ведущие вниз к камерам, и обнаружила того, кого искала.
Линд ее уже ждал.
- Сара. Милая Сара Мюллер, ты очень вовремя. Местная обстановка начала меня угнетать, - девушка мгновенно оказалась в его объятиях.
- Я торопилась, как могла. Просто мой муженек оказался не таким разговорчивым, как я ожидала.
- Ты его убила?
- Да. Он лежит у себя в кабинете. Правда, похоже, я переборщила с ядом, и ему было очень больно. Мистер Джордж расстроится.
- Ничего. Скоро ты научишься все делать идеально.
- Идем, экипаж стоит внизу, наш корабль отплывает через полчаса, капитан вряд ли согласится ждать, - она извлекла из-под своего плаща дорогое мужское пальто.
- Новый свет, ждет нас, детка.