— Я не за чаем пришел, — ответил Дмитрий, не убирая кинжал. Серебряное лезвие тускло блестело в лампе.
— Знаю. Вы пришли меня убить, — Лина подняла на него глаза, и Дмитрий увидел в них что-то новое. Знание. Понимание. Силу, которая еще вчера дремала. — Но сначала я хочу узнать, кто Вы такой. И почему считаете, что я заслуживаю смерти.
Лина
Я знала, что он придет именно сегодня. Знала с того момента, как проснулась утром — это знание пришло вместе с пробуждением, как часть какого-то древнего инстинкта. Что-то изменилось во мне за ночь, появилось ощущение, что я могу чувствовать людей на расстоянии, их намерения, их эмоции, как радиоволны.
Мой преследователь излучал холодную, целенаправленную враждебность. И еще что-то похожее на... печаль? Профессиональную усталость? Как будто будто выполнял служебный долг, а не занимался любимым делом.
Весь день я готовилась к встрече. Не знала как именно, просто делала то, что подсказывала новая интуиция. Заварила особый чай из трав, которые нашла в своих запасах — не помнила, когда и зачем их покупала, но руки сами знали нужные пропорции. Зажгла свечи. Попросила растения в квартире о защите.
И они ответили. Все цветы развернулись к двери, словно стражи на посту. Воздух стал плотнее, насыщеннее. В углах комнаты собрались тени, которые двигались независимо от источников света, как живые существа.
Когда замки щелкнули, я не испугалась. Страх остался где-то в прошлом, в той жизни, в которой я была обычной девушкой.
Теперь он стоял передо мной — высокий мужчина лет сорока с усталым лицом и холодными серыми глазами. В руке у него был нож с серебряным лезвием. Я сразу поняла, что лезвие серебряное — металл отдавал особым свечением, видимым только для таких, как я.
— Садитесь, — повторила я. — Поговорим как цивилизованные люди.
— Ты не человек, — ответил он. — И я тоже больше не человек.
Но нож опустил. И медленно присел на стул напротив, как боксер между раундами.
— Меня зовут Дмитрий Волков, — сказал он. — Я охочусь на ведьм уже двадцать лет.
— А меня зовут Лина. До вчерашнего дня я думала, что я самая обычная девушка в мире, — я налила чай в обе чашки, чувствуя, как растения вокруг нас настороженно следят за каждым движением. — Что заставило Вас передумать?
— Что заставило меня передумать о чем?
— О том, что Вы человек.
Дмитрий взял чашку, понюхал чай, но пить не стал. Осторожный. Умный.
— Когда убиваешь семнадцать человек, перестаешь быть человеком. Становишься чем-то другим. Инструментом. Оружием в чьих-то руках.
— Семнадцать ведьм?
— Семнадцать убийц, — его голос стал жестче. — Семнадцать монстров, которые прикидывались людьми и причиняли вред невинным.
Я отпила глоток чая. Травы успокаивали, помогали думать ясно, видеть суть вещей сквозь эмоции.
— Расскажите мне о них.
— Зачем?
— Хочу понять, чем я заслужила место в вашей коллекции.
Дмитрий молчал несколько минут, и я видела, как в его глазах борются профессиональная осторожность и человеческая потребность быть понятым. Потом, неожиданно для меня, он начал рассказывать.
О ведьме из его родной деревни, которая наводила порчу на детей и радовалась их мучениям. О городском колдуне, который через фотографии высасывал жизнь из людей, продавая ее богатым клиентам. О женщинах и мужчинах, которые использовали магию для власти, денег, мести — превратив дар в оружие против собственного вида.
— Они все причиняли вред, — закончил он. — Убивали, сводили с ума, уродовали души. Таких нельзя оставлять в живых.
— А я? — спросила я. — Кому я причинила вред?
— Пока никому. Но ты только начинаешь пробуждаться. Через месяц, через год ты станешь такой же, как они. Сила развращает. Это закон природы.
— Откуда Вы это знаете?
— Опыт. Двадцать лет наблюдений. Я видел, как это происходит. Сначала они используют магию для мелких удобств, потом для решения проблем, потом для контроля над другими. А в итоге начинают считать обычных людей скотом.
Я поставила чашку на стол и посмотрела ему в глаза.
— А что, если Вы ошибаетесь? Что, если не все ведьмы идут по этому пути?