Мирана Цвет Аконита хотела Лео. И она из тех, кто получает желаемое…
Но не это важно прямо сейчас.
— Бетта, что насчёт завтрака? — спросила Кира. — Почему бы вам всем не пойти что-то приготовить, а мы пока что с Лео и Авдари спокойно всё обсудим?
— Да, так будет лучше всего, — тут же перехватил контроль Уилмо. — Но Кира, потом нам всё равно надо будет вместе это всё перетереть. Хорошо?
Кира коротко кивнула, подхватила Лео под руку и отвела в сторонку.
— Говори.
Он удивлённо приподнял брови в ответ.
— Серьёзно? Он напал на меня, и ты предлагаешь мне начинать говорить, как будто я тут во всём виноват?
Кира поморщилась.
Голова раскалывалась.
— Ты пришёл к Авдари, чтобы в чём-то его обвинить, с этого всё началось. Давай продолжим с этой точки.
Лео презрительно усмехнулся.
— С этого всё началось?
— Да плевать, что с чего началось, — Ави почему-то посчитал, что в их разговоре наедине он является автоматическим участником, и присоединился. — Она должна отдыхать после магического истощения, а не объясняться тут с тобой…
— Она может говорить за себя, спасибо большое.
Ави сверкнул глазами:
— Ты действительно не понимаешь, насколько это опасно, да? Твой разум не справляется с огромной ментальной нагрузкой, он должен иметь время на обновление. Не позволять менталисту спать вдоволь после такой перегрузки считается пыткой, и он делает это с тобой!
Кира вздохнула.
— Он делает только то, о чём мы договорились.
— Это может тебе навредить! Навсегда тебя искалечить!
Для Киры это была новость, но показывать своей неосведомлённости она не собиралась.
— Может, — пожала плечами она. — Но тут как с крыльями: или — или. Мы не можем себе позволить тут торчать, пока я просплюсь. И если ты всё же настаиваешь на этом разговоре, мы можем провести его позже. А теперь… Лео. С чего всё это началось?
— Это что, философский вопрос про большой бабах? Причём я даже не уверен, что конкретно здесь он был, этот большой бабах…
— Лео. У меня правда очень болит голова. Мы можем перейти к сути, пожалуйста?
— К сути? Отлично. Суть это хорошо. Кира, пришло время объяснений, здесь и сейчас, и вопрос мой вот такой: кто он такой и что он тут делает?
Кира проследила за направлением указующего перста и без особого удивления нашла там Ави.
Что же, ей бы в любом случае рано или поздно пришлось бы поиметь этот неприятный разговор. Так почему бы и не сейчас?
— Он — оборотень, который поклялся нерушимой клятвой, что будет защищать нас.
— Оборотень? Мы оба знаем, я думаю, в кого он превращается.
Ну конечно, не стоило ожидать, что он оставит это просто так.
— Да, ты предполагаешь верно…
— Он тот, что упал нам на головы? Тот, из-за кого мы в этой ситуации?! — Лео просто бурлил от ярости, и не то чтобы Кира могла его в том винить.
— Я бы не сказала, что мы можем винить его прямо во всех проблемах на свете, — отметила она. — Но в целом да, всё так.
Лео смотрел на неё с искренним неверием.
— Ты… сошла с ума? У тебя очередной приступ этих твоих… странностей?
Теперь пришла очередь Киры кривиться, хотя она не могла не признать, что в данном случае это даже можно так охарактеризовать.
— Кира, позволь мне перефразировать. Ты сама была ярым сторонником правила о том, что мы никого с собой не берём. И что ты делаешь теперь? После всего, что мы насмотрелись, мы принимаем в нашу группу одну из этих тварей? Мы видели, на что они способны!
— О, как будто мир не видел, на что способны твои собратья, так что чья бы погремушка тут тарахте…
Кира оборвала Ави прицельным порывом воздуха, хотя в чём-то была с ним очень даже согласна.
— Всё так, — повторила она сухо, — но у меня были причины так поступить.
— Причины?! Не поделишься с благодарной аудиторией? Потому что это должны быть очень хорошие причины, Кира! Госпожа Дом после его лечения растеряна и ничего не помнит. Драконы рыщут над хребтом, оборотни снуют туда-сюда, и я прошу, скажи мне, что они ищут не его!
Дерьмо.
— ..Я не уверена, что могу это сказать.
Он распалился, всерьёз повышая голос:
— Серьёзно?! Отлично. Просто сказочно! Но неадекватный тут почему-то я… Кира, ради нашей дружбы, которая когда-то таковой была, объясни мне, какая причина может оправдать тот факт, что мы берём с собой кого-то вроде него?!
И да, в этом тупике она, кажется, уже больше не могла лгать. Потому что Лео был во-многом прав, и меньшее, что она была ему должна — правду.
— Он — моя пара, — прозвучало тихо и слабо даже на её вкус, и казалось одновременно важной причиной и дуростью, смотря с какой стороны посмотреть и каким инстинктам верить. — Я не могла просто оставить его там.