Не заигралась ли она. Стоит ли ей, обычно предпочитающей оставаться в стороне, принимать эти решения. Но тут есть ма-а-ленькая проблемка…
— Лео, будь другом, покажи мне, откуда именно я должна, по твоей версии, взять этого замечательного “компетентного специалиста”. Ты думаешь, я вы восторге от ситуации? Или Авдари падал и помирал от желания лечить людей? У нас не было альтернативы, ей было плохо…
— Зато теперь, конечно же, ей хорошо…
— Она жива!
— Возможно, она выжила бы и без твоего вмешательства. У неё просто болел живот…
— Просто болел? Мы с тобой, интересно, одну и ту же сцену наблюдали?! Лео, она орала от боли и каталась по земле, у неё текла кровь из мест, откуда по анатомической задумке течь не должна! Ты всерьёз считаешь, что такое проходит просто так?! И потом, я чувствовала, что она умрёт, если мы не вмешаемся…
— Ты, мать твою, не всезнающая, Кира! Ты вообще уверена, что эти твои голоса в голове, или что там вещает тебе на постоянной основе, не лгут тебе?!
Это, по правде, было не в бровь, а по яйцам — и окончательно сорвало все Кирины предохранители. Она впала в ярость, как это частенько бывает с людьми, старающимися оправдать себя в первую очередь перед собой же.
— Я, по крайней мере, делаю что-нибудь! — заорала она. — Слезай уже со своего постамента, спрыгивай с высокой, позванивающей железными бубенцами лошади и смотри на реальность, как она есть! Ты веришь, что правильная позиция — стоять в сторонке и таким образом не делать ничего, не совершая ошибок? Так это тоже форма ошибки, Лео, не лучше и не хуже прочих! Ты настолько привык к роли беспомощного наблюдателя, что продолжаешь играть её даже сейчас, надеясь, что всё каким-то образом рассосётся, и критикуя тех, кто выбирает другие решения. Но знаешь в чём неприятная правда, Лео, которую тебе пора признать, наконец?! Тут нет правильных, чтоб их, решений! Ты видишь, что вокруг творится, видишь?! Не существует в этих обстоятельствах ни одного решения, которое потенциально не прилетит ответкой космических размеров. Включая твоё любимое бездействие. Его нет, Лео, и жри эту правду, только не обляпайся!
— Правду, Кира? Жрать, не обляпавшись? Отлично, получи правду в ответ: этот твой так называемый “дар”, на который ты так небрежно ставишь человеческие жизни, никакой не дар. Ты превращаешься в монстра и не желаешь этого замечать! Одно прикосновение твоей магии навсегда меняет людей, и ты начинаешь принимать это, как данность, выбрасывая свою человечность в окно. Как тебе такая правда, Кира?
Она сжала руки в кулаки.
— Зато ты, конечно же, не монстр. Отлично!
— О нет, я — монстр, и это уже сделано. Тобой. Я вижу кошмары мертвецов, каким-то образом знаю эльфийский, который никогда, как ты понимаешь, не учил. Моя магия больше не светлая, ты в курсе? По крайней мере, светлые чары всё неохотней подчиняются мне, и на смену им приходит что-то ещё… Прикосновение твоей магии что-то сделало со мной, Кира. И госпожа Дом… Она не помнила имена своих детей, когда проснулась, но начала говорить о шепчущихся тенях, которые прячутся в углах и хотят украсть её тело, и моих призраков, которых она каким-то образом видит. И я знаю, о, я знаю, о чём она готворит, потому что я тоже испытываю это дерьмо. Твоя магия — отрава для людей, Кира! Вот она, твоя правда! Съешь её и, будь добра, попробуй не подавиться.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов