***
У Микора Крейна, менталиста на службе Отдела Тяжких Преступлений, выдался то ли самый лучший, то ли самый худший день в его жизни. Он, честно говоря, не мог определиться.
С одной стороны, он, кажется, встретил соулмейта. По крайней мере, именно это было первой информацией, которую могли сообщить медиумы.
С другой стороны, его соулмейт была разорванной душой и скорее всего жертвой преступления, которая, ко всему прочему, пряталась у него в шкафу и старалась сбиться в максимально компактный комок.
— Ну, по крайней мере, она живая, — громко вякнул Остин, главный силовик их отдела и зомби по совместительству. — И вон какая красивая! Чисто куколка! Так что, тебе повезло, парень.
Услышав, что девушка-призрак завыла и закопалась поглубже в шкаф, а Микор ощутил поразительно сильное желание своего коллегу окончательно упокоить. Собственно, желание вполне могло бы перейти в попытку действия, если бы на его локоть не легла обманчиво-лёгкая холёная ручка.
— Воистину, королевства могут воздвигаться и обращаться пылью, боги рождаться и таять в небытие, миры создаваться и рушиться. Но одно неизменно, хоть ты убейся: как ни крути, а главная проблема зомби всегда в мозгах, — сладкий голос леди Дайины, сирены и главы их отдела по совместительству, звучал тихо и вкрадчиво. Заслышав этот тон, все полезные (и не очень) люди (и нелюди), которые нынче набились в апартаменты Микора, слегка позеленели и сделали шаг в сторону от Остина.
Чтобы в процессе не зацепило.
Остин остался стоять, широко улыбаясь и не замечая ничего вокруг.
Иногда Микор задавался вопросом: правда ли Остин настолько тупой, или его поведение — проявление некоего высокого искусства, позволяющего выбешивать окружающих, филигранно притворяясь идиотом без мозгов? Так-то, когда дело доходило до технической стороны оперативной работы, Остин был не то чтобы дурак… Но в остальных случаях скорее всё же да.
Когда леди Дайина, выглядевшая лет на восемнадцать в лучшем случае, внезапно пришла руководить их отделом, заменив старого начальника (по мнению, общепринятому за секретарским столом на ресепшн — на должность она насосала; но Микор в этом диагнозе здорово сомневался по целому ряду причин, и бритвенно-острые зубы сирен были даже не в первой десятке), произошла огромная чистка кадров. Из любимцев прошлого начальства остался только, собственно, Остин: обвинить того в чём-то было сложно, случайно убить на задании ещё сложнее (кто бы ни поднимал его к жизни в своё время, действовал с толком и расстановкой), а выжить моральным прессингом не получалось — Остин то ли знать не знал, что за прессинг такой и при чём тут мораль, то ли был толстошкурым зомбитроллем, которому издевательства над ближним доставляли извращённое удовольствие.
Микор не знал и знать не хотел.
Так или иначе, если леди Дайина с Остином сейчас зацепятся, это будет длинная и печальная история, а у Микора и без того было много чего печального. Текущее состояние его соулмейта, например.
— Если вы решили устроить очередной обмен остроумием, то пожалуйста, пойдите подышите воздухом, — “желательно где-нибудь подальше от моей квартиры и моей родственной души” не было сказано, но отчётливо звенело в воздухе.
Леди Дайина, надо отдать ей должное, мгновенно посерьёзнела.
— Так, — сказала она негромко, — для начала — всем выйти. Остаётся только дежурный лекарь-менталист для контроля, женского пола. Вопросы?
— Но мы ещё…
— Нужно же…
— А вдруг…
— Следователем по делу я назначаю себя, криминалисты закончат потом, медиумы могут поработать и снаружи, дополнительного лекаря я позову в любой момент, любопытствующие и сочувствующие могут пойти и коллективно чем-нибудь подавиться. Никого не забыла?
Народ переглянулся и рассосался. По ощущениям Микора, они забрали с собой не только ровный шум присутствия, но и львиную долю подступившей мигрени. Лекарь-менталист, самый опытный специалист их отдела, тихо стояла в сторонке, всем своим видом показывая, что вмешается только в случае необходимости.
— Я сам мог бы быть ведущим следователем, — заметил Микор тихо, предварительно начертив в воздухе знак тишины, — и менталистом. Это мой соулмейт, и я могу позаботиться о ней.
— Ты не можешь — именно потому, что это твой соулмейт. Ты знаешь правила. И просто поверь мне на слово, что писали их не ради того, чтобы немного развлечься… Ты правильно сделал, что нас вызвал.
— Она… не отправится дальше?
— Нет, медиумы замкнули контур. Она нигде не заблудится и будет тут в безопасности, пока мы будем искать тело.
— ..По этому поводу есть подвижки?
— Пока никаких. Мы трясём торговцев живым товаром и лекарей, но… Ты видишь, что творится в Городе. Все системы висят, новые данные не успевают вливаться в информационное пространство… Не мне тебе объяснять, сам всё видел.