Эмилия открыла было рот, но потом закрыла его.
Да, работа давалась ей нелегко, но она её выполняла, и быстро. Таким способом она могла себе выкроить время на то, чтобы сбалансировать менталку и выдохнуть, чередуя периоды активности с периодами отдыха. Это помогало справиться с мигренью и чувствовать себя вечерами хоть немного живой.
У госпожи Ван с таким графиком не было никаких проблем, она из тех симпатичных Эмилии начальников, у кого всё хорошо и нет вопросов, пока работа сделана и у более высокого начальства нет вопросов.
Идеально.
У госпожи Мишани превалировали совершенно другие взгляды. Она предпочитала трудовые потуги реальным результатам и начинала яриться всякий раз, когда видела, что кто-то недостаточно тужится.
В первый раз, когда нечто подобное произошло, Эмилия попыталась объяснить, что всё уже сделано. В награду она, разумеется, получила ещё больше работы.
Больше она таких ошибок не совершала, конечно, остановившись на ленивой имитации. Это было отвратительно, потому что шло вразрез со всем, к чему она привыкла.
Эмилия ненавидела работать медленно. Она ненавидела бессмысленность, во всём предпочитая результат. Она ненавидела монотонность. Она ненавидела постоянную ментальную связь с Умным Домом, которая в конце дня превращалась в самую настоящую пытку мигренью. Эмилия считала госпожу Мишани идиоткой, которую просто нельзя ставить во главе человеческих ресурсов.
Не то чтобы она имела возможность нечто подобное сказать вслух.
У самой госпожи Мишани таких проблем не было.
— ..Больше всего меня поражает, что попаданцы не хотят работать, — вещала она. — Вам даны все возможности! Все пути! Вам позволяют остаться здесь! Что с вами не так?
“Не так? Быть может, то, что многим из нас некуда возвращаться, — подумала Эмилия, — что многие не справляются, потому что они только что увидели, как вся их жизнь превратилась в пыль. Мы все кого-то потеряли, травмированы и ослаблены, растеряны и беспомощны. Мы стоим по колено в пепле собственной жизни.”
Эмилия молчала.
Со стороны госпожи Мишани тоже была правда, в конце концов: Эмилия категорически не подходила для этой работы. Ни с одной из сторон.
— Ладно, — фыркнула госпожа Мишани, не встретив никаких возражений, — где твой соул-тест?
Ох, Бездна, ещё один неприятный вопрос.
Правда в том, что Эмилия оттягивала соул-тестирование, как могла. Она подспудно надеялась, что её оставят в покое хотя бы по этому поводу, позволят обойтись хотя бы без этого вмешательства в личное пространство.
Она, в конце концов, стара. Даже если магия и позволяет выглядеть моложаво, последние события состарили её лет на сто. Она не хотела никаких соул-тестов, не хотела иметь дело ещё и с этим, не хотела никаких манипуляций с её энергетической сущностью, которую местные именовали “соул”, но кто бы её спрашивал?
Разумом Эмилия понимала, что, каким бы ни был результат, это не причина огорчаться. У неё не будет соулмейта? Слава Море, нет соулмейта — нет проблем. У неё будет соулмейт? Слава Море, это добавит проблем, но она сможет упрочнить своё положение здесь за счёт него. Всё просто.
Всё сложно.
Её тошнило от мысли, что ей опять кого-то навяжут.
— У меня его ещё нет.
Госпожа Мишани тут же поджала губы.
— Нет? Что значит нет? Я несколько раз сказала, что это обязательный документ. Почему затягиваешь? Не хочешь лишаться надежды на то, что прекрасный соулмейт волшебным золотым пальцем порешает все твои проблемы? Тут такого не бывает!
Эмилия подумала, что госпожа Мишани, очевидно, говорит из опыта, и немного ей посочувствовала.
— Я займусь этим.
— Ты займёшься этим сегодня же, поняла? Иначе я не допущу тебя к работе!
Эмилия кивнула. У неё болела голова.
Когда госпожа Мишани наконец-то грациозно уплыла начальствовать над кем-то другим, Эмилия достала из кармана флягу, подаренную госпожой Ван, и отхлебнула.
День обещал быть чрезвычайно длинным.
16
*
Самое тяжёлое во всей этой истории, размышляла Эмилия, глядя в чёрное небо, — измождение. Эта серая, вязкая усталость, лишающая всяких сил.
Это, если задуматься, просто смешно, ведь Город — хорошее место. Безо всякой иронии, без сарказма. Лучше большинства прочих, учитывая контекст. В тех же Вольных Городах незадачливых попаданцев могут просто пристрелить под стенами и не разбираться, таковы законы… Так что им повезло. Объективно.
Просто объективное везение не значит отсутствия субъективных трудностей.
Здесь нет активной опасности, нет постоянного вызова. Драконы в небе обязаны соблюдать правила воздушного движения, получать лицензии, проходить верификацию и летать только над определёнными зонами Города, которые зачарованы на случай возможного падения. Здесь безопасно… И возможно однажды, если будет на то воля богов, она научится по-настоящему это ценить. Но пока что…