- Взгляд ее остановился на бывшем муже и, проглотив стоящий в горле ком, она с благодарностью в голосе произнесла, - спасибо, что спас меня от такого!
Развернувшись, Елена, не прощаясь гордо пошла прочь не в силах видеть ни свою дочь, ни Игоря.
Все оставшиеся стояли молча. Первым нарушил молчание Михаил Игнатич.
- Он, похлопав по спине Игоря, произнес, - не расстраивайся, свадьба у тебя состоится прямо сейчас, вот только невеста будет другая!
С этими словами он подпихнул к нему Риту в красивом нарядном платье.
Если вы не хотите разборок с полицией, то будете делать так, как я вам прикажу! Сейчас вы расписываетесь и через два часа у вас самолет в свадебное путешествие! Вы летите в Африку на два года волонтерами! Там столько больных, которые нуждаются в вашей помощи!
Будет тебе дочка свобода, как ты и хотела! Может там, людьми станете!
У ребят в глазах отразился ужас от таких перспектив, но выбора у них не было. Денег он им дал буквально столько, чтобы они не умерли там с голоду в первую же неделю и еще вручил адрес места, где их уже ждут. Это был один из самых беднейших районов Африки.
Михаил Игнатич лично проследил, чтобы они сели в самолет и взлетели и потом уже со спокойной душой поехал домой!
По спине у нее побежали мурашки, а от того, что Дима рядом, девушке захотелось петь! Часть 35
Дима сидел в комнате Кати, в кресле напротив спящей девушки и, наблюдая, как она спит размышлял.
- Странно, почему Рита так поступила?
Дима точно видел и знал, что девушка любила своего отца и гордилась им. Неужели любовь так меняет людей и застилает им глаза? Или я совсем не разбираюсь в людях.
- Интересно, что такое придумал Михаил Игнатич и зачем приказал Рите одеть самое красивое платье? – подумал парень, мучаясь от любопытства.
- Катя опять во сне начала стонать и беспокойно ворочаться. Дима сам от себя не ожидая такого, взял ее за руку и начал поглаживая по руке успокаивать, - все хорошо, ты дома, никто больше не причинит тебе вреда!
Ощутив во сне это поглаживание, девушка приоткрыла глаза, думая, что это отец, а увидев вместо отца рядом Диму, смутилась и продолжила делать вид, что спит.
По спине у нее побежали мурашки, а от того, что Дима рядом, девушке захотелось петь!
Дима заметил, что дыхание у Кати изменилось, и по разным признакам понял, что девушка уже не спит. Ему не хотелось отпускать ее руку, а еще он чувствовал вину за собой!
Ведь если бы не его шутка, то Катя не поехала бы одна следить за сестрой и с ней ничего не случилось.
С одной стороны его злил взбалмошный и непокорный характер девушки, а с другой восхищал и притягивал к себе, как магнит.
С ней ему никогда не было скучно, и жизнь постоянно играла яркими красками! Да, определенно его очень сильно тянуло к этой негоднице!
- Катя, я знаю, что ты не спишь! – произнес, наконец, Дима, вглядываясь в лицо девушки у которой от этих слов чуть приоткрылись хитрющие глаза, но она тут же закрыла их, что не осталось Димой незамеченным.
- Ты прости меня, за ту выходку в саду! Это была глупая шутка, и мне нужно было сразу извиниться, а не строить из себя обиженного! – покаялся Дима, и на душе у него сразу стало легче.
Довольная улыбка расплылась на лице девушки, и она решила все же открыть глаза.
- Ну, я готова дать тебе возможность искупить свою вину, - тихим голосом проговорила Катя и залившись румянцем, добавила, - Дима поцелуй меня!
Тот не ожидая таких слов от этой бестии, у которой глаза блестели от ожидания, провел рукой по ее волосам и пальцем, очертив контур ее губ, которые податливо приоткрылись, наклонившись, стал осыпать поцелуями лицо девушки, приближаясь к ее губам.
В этот волнующий для них обоих момент в комнату вошел отец Кати. Дима, резко отпрянув от девушки, опустил глаза в пол и, извинившись, выбежал за дверь.
Михаил Игнатич сначала замер в недоумении, а потом, увидев, как блестят от радости и счастья глаза его малышки, громко рассмеялся.
- Получается я вошел как-то не вовремя! Не удивлюсь, если это моя дочь сама соблазнила и спровоцировала парня! С тебя станется, копия мамы выросла! – со смехом в голосе, радуясь, что Кате уже явно лучше произнес он.
Дима ему нравился, и Михаил Игнатич был явно не против того, чтобы он ухаживал за Катей.
Сев на кровати и свесив ноги, Катя, внимательно вглядевшись в лицо отца, увидела в его глазах боль, которую он пытался спрятать от нее.