Ксандер хохочет громче, чем весь лагерь вместе взятый, и хлопает себя рукой по рту, когда дети начинают оборачиваться к нему.
– Простите, – говорит он. – И что ты сказала?
– Что он хороший друг.
Ксандер опять заходится смехом, и мне приходится ждать, пока он успокоится.
– Клянусь, я не ошиблась. Он наклонялся ко мне с закрытыми глазами. А как раз перед тем пригласил в Кабо.
– Тебе повезло, – хихикает Эмилия. – Ты же любишь Кабо.
– Я сказала, что у меня паспорт просрочен.
Дети так устали, что больше ничего не хотят, так что остаток вечера проходит под смех Ксандера с Эмилией, в основном над моими приключениями. К тому времени, как мы возвращаемся в свои домики, они, наверное, обсудили все глупости, которые я когда-либо совершала.
Теперь так странно слушать эти истории. Небольшие усилия и правильная обстановка творят чудеса и могут сделать тебя совершенно другим человеком. Я не говорю, что больше никогда не сделаю ничего безответственного, но в «Медовых акрах» чувствую себя дома. Мой телефон большую часть времени отключен от Сети, поэтому я живу настоящим и очень за это благодарна. Гораздо легче жить без постоянных напоминаний о том, что папа меня подводит.
Эмилия идет в ванную, а я переодеваюсь в широченную футболку, когда слышу стук в дверь. Он повторяется, а следом за ним раздается поскуливание. Какой бы умной ни была Рыбка, стучать она не умеет, так что я не удивляюсь, обнаружив вместе с ней Расса на нижней ступеньке крыльца. Он оглядывает меня с головы до ног, и каждый обнаженный участок моей кожи вспыхивает огнем.
Надо остаться в дверном проеме.
Мне совершенно незачем выходить к нему, я прекрасно вижу и слышу его из своего безопасного домика. Но, разумеется, спускаюсь к нему. К его верхней губе прилипла блестка, и я изо всех сил стараюсь не потянуться к ней рукой.
– Привет.
– Привет. Хотел убедиться, что с тобой все в порядке.
Мои брови ползут вверх.
– Ксандер рассказал?
Вот сплетник. Ничем не лучше Леона.
– Все хорошо. Ерунда.
Расс кивает и топчется на месте. Мне трудно представить, что Ксандер предложил проведать меня, поскольку я ничуть не была расстроена.
– Расс, зачем ты на самом деле пришел?
Он трет затылок. Я уже давно не видела этого движения.
Мистер, да вы нервничаете.
– Не знаю, Рори. – Он вздыхает и убирает мои волосы с лица. – Хотел увидеть тебя.
Я наклоняюсь к нему и чувствую слабый аромат сандалового дерева и ванили. На его лице мелькает неуверенность, но потом он делает шаг ко мне.
– Ревнуешь? – спрашиваю я, понизив голос.
– Ну конечно, – отвечает он так откровенно, что немного застает меня врасплох. – Хочется ему врезать, сам не понимаю почему.
Я призываю все свое самообладание, чтобы не броситься Рассу на шею. Меня так и подмывает развить тему, накрутить его, посмотреть, что он будет делать. Но ревность бывает прикольной, только когда ты имеешь к ней какое-то отношение.
– Не надо ревновать и не надо его бить. В основном потому, что это глупо, но кроме того, ты же помнишь, что тебе нужна эта работа?
– Мне очень нужна эта работа. – Он кивает раз, потом другой, словно ведет в голове какой-то спор, потом еще раз отходит на шаг от крыльца.
– Хочешь завтра прогуляться? – спрашивает он.
– Я работаю.
– Ксандер сказал, что поменяется с тобой, чтобы мы провели выходной вместе.
– Ты имеешь в виду, что мы правда будем ходить? Или что я буду жаловаться, пока мы поднимаемся на наше место, а потом будем греться там на солнышке?
Расс улыбается, и у него на щеках появляются ямочки, от которых у меня внутри все тает.
– На наше место.
– Было бы неплохо, если только Ксандер не возражает.
– Он не возражает, – Расс отходит еще на шаг, и я жалею, что он все же не поцеловал меня на ночь. – Спокойной ночи, Рори. До завтра.
– Спокойной ночи, Расс.
Он ждет, пока я уйду в домик, чтобы мне не пришлось смотреть, как уходит он. Расс всегда так поступает.
Эмилия сушит волосы полотенцем и кивает на дверь.
– Что я пропустила?
– Кажется, я становлюсь главной героиней.
– Ну наконец-то, – говорит она и включает фен.
Глава 19
Расс
– Ты пошел вразнос, дружище, – с гордостью говорит Джей-Джей. – Одобряю.
Я не собирался начинать день с видеозвонка Джей-Джею, но разговор с ним не повредит, верно? Всего я рассказывать ему не буду, но приятно поделиться волнующими новостями.
– Джей-Джей, я не знаю, что делаю, – со стоном выкладываю я. – Притворная уверенность может зайти слишком далеко. Мне необходимо держаться подальше от проблем. Я ведь всем уши прожужжал о том, как мне нужна эта работа, и теперь чувствую себя лицемером.