– Да ты завидуешь, – фыркает Эмилия.
– Ну да. Блондином я бы хорошо смотрелся. Но насчет членов, извините, это не мое.
– Погодите. – Я сжимаю виски, пытаясь осмыслить услышанное. – Он лез к ней целоваться?
– Ну да, я же тебе рассказывал! Ты еще потом ходил к ней проверить, все ли с ней в порядке, а потом я поменялся с тобой сменами.
– Ты говорил, что он доставал ее и приглашал поехать с ним на каникулы, но не про то, что он лез к ней целоваться!
– О, виноват, – небрежно отвечает Ксандер, а я теперь не могу выбросить из головы образ Клэя, целующего Аврору.
– Кто к кому лез целоваться? – спрашивает Дженна, выходя из-за моей спины.
Последние пару дней было очень жарко, поэтому Дженна не отпускает собак от себя, чтобы они не перегрелись. Рыбка восторженно кружит вокруг меня, Форель пытается съесть мои шнурки, а Лосось встает на задние лапки, чтобы я взял его на руки.
– Джентльмены, прекратите обращаться со щенками как с младенцами. Хватит носить их на руках.
– Очень неразумно, ну ладно, – ворчит, надувшись, Ксандер.
– Джен, это для нашего шоу талантов, – сразу лжет Эмилия, а я тем временем приседаю на корточки, чтобы погладить собак. – Мы разрабатываем сюжет.
Дженна смотрит на нас троих по очереди.
– А где наша нарушительница спокойствия?
– Пошла за шезлонгами, чтобы мы сели и наблюдали за детьми, – говорю я, сосредоточившись на собаках.
Зная, что совершаю недозволенное, я нервничаю рядом с Дженной. Все говорят, что тайные свидания – это такой кайф. Я никакого кайфа не чувствую, только вину. Но этого недостаточно, чтобы прекратить.
– Вряд ли она до них дотянется, они на верхней полке в шкафу с инвентарем. Я пойду…
– Я схожу, – быстро говорю я.
Дженна смотрит на меня так, словно хочет о чем-то поговорить, но Эмилия ее опережает:
– Джен, пожалуйста, рассудишь спор? Мы тут не можем определиться с номером.
Дженна с ходу начинает подкидывать идеи, и у меня появляется шанс сбежать. Я сначала спотыкаюсь, потому что Форель не отпустила мои шнурки, но наконец освобождаюсь и бегу к главному корпусу. На территории несколько служебных построек, и я проверяю две, пока не нахожу Рори в третьей. Встав на цыпочки на табуретке, она тянется к шезлонгам.
– Господи, Рори! – Я бросаюсь к ней и придерживаю ее, чтобы она не свалилась и не сломала себе чего-нибудь. – Почему ты не вернулась за помощью?
– Не хотела быть назойливой. Я сама могу достать, если дотя-я-я…
Крепко держа Аврору за бедра, я поднимаю ее так, чтобы она смогла спокойно взять два шезлонга, а потом снова опускаю на табурет. Рук я не убираю, пока она не передает мне шезлонги, и я бросаю их на пол. Осторожно развернувшись, Аврора с очень милой, но озорной улыбкой кладет руки мне на плечи, и я смотрю на нее снизу.
– Я же говорила, что могу дотянуться.
– Пожалуйста, не рискуй так.
Аврора спрыгивает с табурета.
– Не волнуйся. Я двадцать лет принимала сомнительные решения и выживала.
– Я не волнуюсь. – Сажусь на табурет и притягиваю ее к себе. – Не делай так.
Аврора садится на меня верхом, и я вдруг забываю, о чем переживал. Обняв меня за шею, она наклоняется и тихо говорит:
– Знаешь, если запрещать мне что-то, я захочу это сделать.
Я трусь носом о ее нос.
– Что мне сделать, чтобы ты вела себя хорошо?
– Хм-м-м. Есть несколько вариантов.
– Здесь?
– Я не вижу никаких опоссумов. – Она наклоняется и легонько тянет мою губу зубами. – И меня действительно нужно уговорить вести себя хорошо.
Поцелуи Авроры опьяняют. Каждый дюйм ее тела сливается с моим. Мы сходимся так идеально, словно делали это сотни раз. Трудно беспокоиться о том, что нас застукают, когда она так прикасается ко мне, но все же риск реален.
– На двери есть замок?
– Не-а, – Аврора проводит губами по моей челюсти. – Нам придется поторопиться.
Я со стоном удерживаю ее бедра, чтобы она не двигалась.
– У меня нет презервативов.
Она отклоняется назад с милой улыбкой.
– Ну ладно, наверное, это в любом случае был бы неоправданный риск.
Она пытается встать, но я не даю. Расстегиваю ее шорты, а она наблюдает за мной, прикусив нижнюю губу и стараясь дышать ровно.
– Только громко нельзя, – шепчу я, запуская руку в ее трусики. Черт, эта девочка всегда готова для меня.
– Я не могу отвечать за свои действия, когда у тебя такой вид.
Она так часто отпускает мне комплименты, что я чувствую себя безупречным. Аврора не стесняется говорить, какой я классный, даже когда занимаюсь самыми обыденными делами. Это вселяет в меня уверенность, что ее влечет ко мне так же сильно, как и меня к ней, и пробуждает стремление рискнуть всем, чтобы увидеть, как она закатывает глаза, твердя мое имя.