- Мне всё равно, - он говорил это так безлико, так безразлично и неприступно, что меня это только взбесило.
Я дошла до той кондиции, когда меня трусит почти всю. Без причин и следствий. Просто так. Даже процессы в голове такие же хаотичные и скачкообразные. Его спокойствие таким контрастом резало меня сейчас без анестезии, что лучше бы сгорела заживо - меньше боли, и конец предопределен.
- Да скажи ты, наконец, что хочешь! - вспылила. Он довёл меня. Молчать больше, сдерживаться не было сил. - Я уйду или останусь. Могу быть твоей поддержкой, опорой или наоборот, помочь тебе помириться с ней.
- Не стоит, - ответил сразу. Да ладно?! - Ни она, ни, тем более, я не стоим твоих усилий. Оставь это.
Вот легко тебе говорить! Оставь. Ты эту свою тварь оставил? Она тебя использовала, а ты бегал за ней, как собачонка. И сейчас она позвонила, и ты тут же ведёшь себя, словно не ожидал этого. Дай-ка угадаю: ты знал, что она заявится сегодня. Может, сегодня какой-то важный день для вас, а? Ты ел кусок мяса, пил вино, фильм хочешь посмотреть...
Какая же я дура, что сразу не догадалась. Идиотка тупая. Дура набитая. Неужели не ясно было?! Неясно, прикинь. Раз сразу не поняла. Господи, Кать, какая же ты предсказуемая. Он только позвонил, а ты, как уже известная собачонка, прибежала. Как и он - к ней. Ошиблась ты. Как была никем для него, так и осталась. Добро пожаловать в реальный мир, детка.
Егор. Он по-прежнему не смотрел в мою сторону. Отошёл от окна и остановился просто посреди комнаты, опустив взгляд и руку. Пальцы потирали экран телефона. Мыслительный процесс. Он думал над этой ситуацией. Или над тем, как хорошо его знает Лена. Меня почему-то не удивил тот факт, что она знает про свет в гостиной - Егор понял сразу. Меня не удивил даже тот факт, что она знает о том, что он любит полумрак. Я не задумалась об этом. А она знала. Сейчас я была просто не готова обдумывать ситуацию и анализировать её. Сейчас я была аморфной.
Внутри жгло ощущение игрушки. Я не могла успокоить свой нрав. Я и злилась на него, и жалела, и себя порицала, и ругала эту стерву. Но успокоить жажду быть здесь не могла. Я не хотела уходить. И Егор. Он сейчас в растерянности. Взрослый, но в такой ситуации ему нужна поддержка. Он не звонит друзьям. Видимо, проблемы по части Лены он решает сам. И почему не звонит, не спросит совета? Видно же, что ситуация диковинная.
Вздохнул и покрутил головой. Провёл рукой по волосам и сильно зажмурился. Встряхнул головой, выдохнул глубоко. Собрался с силами. Какой же он всё-таки самодостаточный, сильный. Как он на себя полагается. Как надеется и верит в себя. Его дух сильнее моего. Может, поэтому он любит так преданно? Так верно идёт за тем, кто ему дорог. Завидую я Лене. И сочувствую ему. Полюбил такую тварь.
Не заметила, как встала и подошла к нему. Руки сами обняли. Сами прижали. Сами обхватили. Вру. Я отдавала себе отчёт. Ясно и чётко. Знала, что хочу сделать. Знала, как этого добиться. Знала всё. И сделала. Я прижалась к спине Егора, слыша, как бьётся собственное сердце, и вслушивалась, чтобы услышать биение практиканта. Едва слышимое, но оно было. Прижалась щекой к плечу, развернув голову в сторону. Ничего не говорила. Тут слова были излишни. Пусть он просто знает, что я его поддерживаю, что он не один. Даже если я не пригожусь. Просто хочу, чтобы он знал, что я есть. Я - не она, я не выброшу его так.
В голове в тот момент было пусто. Крутилась мысль лишь о том, насколько мне сейчас хорошо. Я совсем не думала о том, что чувствует Егор. Эгоистичная любовь. Хотя нет, привязанность, влюблённость скорее. Это не любовь. Любовь не может быть такой горделивой. Я ещё не совсем потеряла разум. Ещё не влюбилась. Но понимать даже этого не могла. Слишком зациклена на себе и своих ощущениях.
- Ты делаешь большую ошибку, оттягивая время своего ухода, - таким же безликим тоном произнёс Егор.
- Представлюсь ученицей. Это не проблема, - с наигранным энтузиазмом заявляю я. - Хочется увидеть её реакцию. Ожидает одно, а увидит другое. Разве ты не хочешь причинить ей боль? Мы ведь похожи - вот она удивится, когда поймёт это.
Егор замер. Ответ застрял где-то в горле. Или в голове. Он напрягся. Видимо, последние слова мои ему не понравились. Даже если она решит, что Егор её разлюбил, то я, схожая с ней, нахожусь с ним рядом - ещё один козырь. Подачка. В тот момент я совсем не понимала этого. Говорила всё, что попадалось на язык. Лишь бы что, но только поддержать его. Даже сущий бред.