- Ничего хорошего, - я усмехнулась. – Считай, что англичане – это такая бабуля старой закалки, которая всё ещё, несмотря на возраст, может выписать люлей всей детворе. Детвора – это Рейх, который неплохо так был подготовлен, но, увы, с бабулей вступать в поединок – слишком самонадеянно, если ты уверен в победе.
- Думаешь, это их сгубило?
- Ой, там много, чего их сгубило, - я бросила взгляд на Костю и улыбнулась. Мы поняли друг друга. А девчонки болтали возле нашей парты и периодически окидывали взглядом. Вот сейчас, например, смотрели.
- Катерина? – я подняла голову, ещё усмехаясь, и увидела Лену, стоящую у двери. Ты же уходила - какого хрена смотришь по сторонам. Вот кто тебя просил, а? Конченая. – Я тебя не заметила.
- Добрый день, - кивок, сползающая улыбка и нейтральный взгляд. Никакой ненависти или желчи, Кать, успокойся. Это очередной раздражитель, не стоит вестись. Дело пахнет жареным, ты права, но не ведись на провокации. Ты слишком умна для этого.
- Так ты в 11-м классе? – на её лице была улыбка. То ли насмешка, то ли удивление. Даю ставку, что она смеётся надо мной, даже если выглядит иначе. А вот девчонки не спускают с неё глаз.
- Как видите, - уходи и не общайся со мной. Уткнусь в тесты, чтобы она поняла, что мне не до неё.
- Уже выбрала, куда хочешь поступать дальше? – настаивает на разговоре. Ох, отыгрывается. Догадывается, какое положение у меня. Сука.
- Да, но вас это не касается, - я улыбнулась. Такая же ответная улыбка: не то насмешка, не то удивление. – Я могу продолжать проверять ответы своего напарника?
Шах и мат, Леночка. Ты в том положении, в котором уже не можешь настаивать на беседе. Я ведь лицеистка. Какой-то прок от этого есть, наконец.
- Мы с Егором хотели бы с тобой поговорить.
А вот этого я никак не учла. Характерное «мы». Практикант по имени. Поговорить со мной. И ещё и вместе. Думаете, никто не ощутил никакого подвоха? Хочу провалиться сквозь землю. Или отмотать этот день и переиграть его. Но поздно пить «боржоми».
- Егор Дмитрич, - не так уж и трудно называть его снова формально, - я могу проверить сначала тесты, а потом уделить вам время?
Да, детка, я набиваю себе цену такой постановкой вопроса. Вам надо поговорить со мной – вы и ждите. И не важно, какой повод. Оперировать буду только вами. Как вы со мной – так и я с вами. Шутки закончились.
- Оставь это Кравец, - бросил, не раздумывая, Егор. – Жень, уведи Абрамову и Острову – а то этим двоим помириться не мешало бы. Скавронская, идём.
Вот в такие моменты я понимаю, что никакая психология меня не может научить управлять подобными спонтанными ситуациями. Я думала, что всё под контролем, что я веду диалог, что я управляю его направлением и скоростью течения. А видите, что получилось? Херня, ребята. Такая подстава, из которой выпутаться крайне сложно. Как я буду это делать, понятия не имею.
Что мне делать? Как себя вести? Я думала только над тем, как себя вести с Егором. Но не с Леной. У меня и в мыслях не было, что мы можем встретиться. Успела только стащить телефон. Хотя кому звонить, у кого спасения просить? Мне в такой ситуации никто не может помочь. Да и о какой помощи идёт речь? У меня паника, да. Я не знаю, чего ожидать от этих людей. Мне надоело то, что происходит между нами. Бесит. Неконтролируемая жижа растекается, и я не могу её укротить. Кому это понравится?!
Пока мы втроём поднимались в 306-й, в кабинет, где много всего между мной и Егором произошло, который официально считался закреплённым за историей, я успела только написать смс Ярославу. Он не отвечал. Ни на втором этаже. Ни на третьем. Ни когда зашли в кабинет. И без того тихо, а тут – аж тишина на уши давит.
- Это надолго? – единственное, что я могла сделать, быстрее расправиться с этим. – Мне домой надо.
Ничего умнее, как избавиться от этой кутерьмы, не пришло в голову. Да, глупо и ниже моего достоинства, но сейчас надо не достоинство, а голову спасать от новых напастей. Это важнее. Приоритеты.
- Я слушала, как ты объясняла тому мальчику материал, - Лена облокотилась ягодицами о ближайшую к выходу парту, формально не давая пройти мне вглубь аудитории. Якобы «это моя территория, бич».
- Помнится, - прервала её я, - ты сказала, что не заметила меня.
- Так и было, - поспешно выкрутилась она, - пока не услышала твой голос.
- Я говорила шёпотом.
- У меня чуткий слух, - она отвечала быстрее, чем я успела заканчивать слова. Поразительно.
- И язык, - обула её, как девочку. Не стоит меня недооценивать.
- У Егора, - она кинула на него взгляд, - чутьё на языкатых людей.
И усмехается. Насмехается, вернее. Хах, так вот, в чём дело. Она понимает, что Егор и я связаны уже, но если первая реакция была собственнической, то эта - лицемерная. Подружиться хочет. Или основываться на фундаменте логики и фактов. Так по-исторически – типичный историк. Егор стоял, прислонившись к стене, напротив Лены, а я подпирала дверь, глядя то влево (на Лену), то вправо (на Егора).