- Вы меня позвали, чтобы самомнение поднять? – я усмехнулась себе и провокационно переводила взгляд с одной на другого.
- Мы в этом не нуждаемся, уже состоялись в самомнениях, - Лена непреклонна, продолжает объединять себя и Егора в одну ячейку общества или просто в двух людей с одинаковым направлением мышления. По этой причине практикант молчит? – У нас появилась идея насчёт тебя.
- Не терпится узнать, - ну, не могу я иначе общаться с ней. Только так.
- Следи за языком, - наконец, он подал голос. Властно так. Ух, прям мурашки. И сарказм.
- Всё в порядке, Егор, - «тактика доброго и плохого полицейского», ага. Знаю. В фильме слышала о такой. По-старинке, кнут и пряник в людском обличии. – Я будто с собой общаюсь. Катя…
- Предпочитаю, чтобы ты меня называла Катерина, - тут же вставила ремарку. Не могу слышать своё имя обыденного обращения из её уст. Противно.
- Хорошо. Катерина, - слишком быстро согласилась, - как ты смотришь на то, чтобы мы тебя ввели в круг вышестоящих людей исторической специализации?
Слишком завуалировано. Не понимаю, она то ли меня в преемницы хочет, то ли сделать из меня вторую себя, что тождественно первой догадке.
- Никак не смотрю, - без раздумий ответила. – С чего вы взяли, что я буду крутиться в этом месиве?
- Как грубо, - она улыбнулась, явно польщенная тем, что я позволяю при ней говорить такие грубости. Словно доверяю ей. Ведь перед подругами я тоже не скуплюсь на речь. – У тебя есть способности, а с нашей помощью ты достигнешь приличных высот.
- У меня способности ко многим вещам. История – лишь одна из, - я незатейливо улыбнулась ей, немного намекая на абсурдность её слов.
- Не думаю, что человек из целиком исторической семьи знает что-то лучше истории, – а вот это заявка на победу. Она знает мою семью? Откуда? Хотя не важно. Это доказывает, что она всерьёз настроена. Только почему? Какая ей выгода? Расположить меня к себе, чтобы отвадить от Егора? Или что?
- А я не думаю, что человек такого уровня, - взгляд на неё, - занимался бы обычной лицеисткой без важных на то причин.
Не знаю, что в моих слова удивило Лену больше всего, но она с каким-то странным взглядом уставилась на меня. И не моргала. И не отводила взгляд. В воздухе повисло напряжение, которому я не могла найти повода. Ничего не предвещало такого поворота. Почему это так важно? Потому что Лена – не просто человек, бывшая девушка или какая-то там популярная женщина в учёных кругах. Она тонкий манипулятор, который сам просчитывает все ходы. Это шахматы в жизни, где каждый человек – отдельная фигура. Иногда он может поменять её, как пешка – на королеву. И смысл игры в том, чтобы выжить. Ты или тебя. Поэтому вопрос открыт: почему человек, искусно владеющий приёмами влияния на мышление людей, предложил мне идею, а теперь не может избавиться от какой-то назойливой мысли. Можно гадать, что творилось в голове Лены, только вот мне, увы, не дано узнать. В отличие от Егора.
Глава 12
С точки зрения Лены, с которой мне никогда не удастся посмотреть на окружающий мир, потеря Егора, как и Вадима – не столь существенный провал. Пока она теряла своих коренастых ухажёров, претендующих на нечто большее, чем просто «молодой человек», десятки других мужчин, выше, авторитетнее, важнее, уделяли ей внимание в своём графике. Нет, это были не интрижки, а связи. Елена Полякова – самая обычная девушка, которой не нравился этот статус «обычный». Ей хотелось большего, хотелось больше сверкать, больше знать, больше уметь и больше влиять. Надо ли говорить, что добиться её высот ей помогли именно способности к манипуляциям? Пожалуй, это знали все окружающие мужчины, старше по званию, но которые, тем не менее, вопреки желаниям своих жён, дочерей и сестёр, пропускали в высший свет эту провокационную особу, за глаза названную «мегерой». У неё вечно были локоны, вьющиеся и струящиеся, как у богини, а ещё много зависти чужим успехам. Иначе, почему она решила пробиться в этот мир? Такого мнения придерживалась чуть ли не вся женская часть того круга общения, куда с такой феерией вошла Лена. Но, увы, по стечению обстоятельств, когда она зарекомендовала себя как вполне грамотный специалист и, чего греха таить, доминант, сарафанное радио приутихло и перестало вещать всё, что вздумается.
Елена умела нравиться мужчинам, завоевать их внимание, расположить к себе и вызвать доверие. Не зря выбрала именно это направление, эту среду, где крутятся не только деньги, но и владеющие ими мужчины. Это был не тот исторический круг знатоков, который обсуждал влияние монархий на мировую политику. Нет, это вполне серьёзно настроенное общество, способное изменить политическую структуру, то есть власть, в государстве. Прямое влияние или косвенное, но оно существовало в этих людях, и именно это заставляло Лену обживаться и находить новые лазейки, чтобы подобраться ближе к тем или иным кандидатам. Её можно смело назвать змеёй, которая ползает, вынюхивает жертву, таится, а потом резким движением впивается ей в кожу, впрыскивая яд и парализуя.