А потом мы периодически прогуливали биологию или литературу, к которой тоже не особо пылали страстью. Иногда с нами прогуливали другие ребята, но это случалось не слишком часто. Тогда-то, когда мы в очередной раз сговорились где-то посидеть, нас поймала Кравец. Вот тут наше соглашение пришло в действие. Мне Костя нравился, но этим прогулам я не придавала особого значения. На тот момент у меня был опыт из двух отношений, и как-то в голове не родилось мысли, что Кравец-то может иметь другое мнение. И она его, разумеется, имела. Только вот Костя об этом не знал, поэтому и не рассказывал. Он продолжал упиваться историями о мероприятиях, которые меня приглашали вести, о клубах, в которых участвовала, и об истории, конечно. Не знаю, чем я его зацепила больше - теми милыми посиделками и беседами или яростной хваткой с кафедры, когда отвечала конспект. А, может, его покорил именно этот контраст.
Вот так рассуждая об этом, словно о какой-то чужой истории жизни, которая вовсе не касается меня, жизнь казалась такой простой. Но нет, вот он, Леонов, который в тебя влюблён, а вот ты, которая его каким-то образом привлекла и влюбила в себя. Подумать только, влюбить в себя одного из самых завидных парней лицея!
Считала ли я Леонова достойным себя? Думала ли, что как-то странно выглядит его симпатия? Отнюдь. Я знала, что привлекаю внимание, мне об этом говорили, да и сама в этом убеждаюсь. Но смогла бы я предать Кравец ради того, чтобы что-то мутить с Костей? Нет.
А если бы ты была влюблена в него?
Леонов мне не противен. Я уверена, что если бы эта ситуация случилась раньше, если бы он не встречался с Кравец, если бы я отвечала ему взаимностью, то, безусловно, воспользовалась бы шансом встречаться с ним. Звучит слишком меркантильно, правда.
- ...а потом ты влюбилась в Антона, - на этих словах я вынырнула из своих раздумий. - Помнишь?
Он убеждался в том, что я его слушаю. Уверена, это очередная ложь. Просто эту часть, в отличие от прошлой, нужно слушать.
- Выглядела такой счастливой тогда. Ходила на свидания, а потом звонила мне, словно отчитывалась. Это было мило, - он улыбался, уставившись в небо и прикрыв глаза. - Я завидовал ему, он всегда мог заставить тебя улыбаться.
- Да, пока он не скрыл от меня свои походы в кальян-бары, - я усмехнулась с каким-то детским благоговением вспоминая моменты из наших разборок. Хотя их, как таковых, не было. Я даже условия ему не ставила, мол, выбирай, я или твой дурацкий кальян. Просто ушла, потому что переучивать его я не хотела, не хотела тратить свои силы на него, потому ушла.
- А потом ты бросила его, пришла и начала скандалить, - Костя засмеялся и раскрыл глаза, - словно это я был тем, кто от тебя сбегал кальян покурить. И что тебе не нравилось в этом кальяне? Он ведь сейчас на нём зарабатывает.
- Я в курсе, - улыбнулась, - но это не отменяет тот факт, что он не поставил меня в известность. Обидно, знаешь ли, когда хочешь провести с ним время, отпрашиваешься у родителей, ведёшь себя прилично всю неделю, лишь бы погулять на выходных с ним, а он: «я не могу». Если бы заменил «не могу» на «не хочу», вопросов бы не было. Как, впрочем, и отношений.
Я засмеялась и вскинула руки за голову, сладко потягиваясь. Холод от снега ещё не пробрался под пуховик - мы могли ещё немного так поваляться.
- Это точно, - Костя кивнул и развернул ко мне голову. - Тот скандал и удержал меня от раскрытия. Хотел пойти и поговорить с ним даже, но тебе, похоже, не так уж и больно было.
- После разговоров с тобой становилось легче, - я прикрыла глаза, наслаждаясь теми ощущениями умиротворения, которые наступали с Костей в такие вот личные моменты, - ты как панацея.
- И почему ты не вспомнила об этом, когда у тебя закрутилось с Егором Дмитричем? - как-то я упустила момент, расслабилась, когда Костя захотел перевести разговор на тему, к которой я не готова.
- Это не Антон, Кость, - улыбка тут не поможет уже.
- Ну, да, - он кивнул, - ему же не семнадцать.
- Вот именно, - чёрт, он пошутил. Грёбаный сарказм. - Леонов, кончай ломать комедию. Мы не обо мне тут говорим и моих чувствах, а о тебе.