Я очень надеялась, что они приедут вчетвером, а не вшестером. И мама говорила, что будет четыре ротика. Ротиков оказалось восемь. Я вам даже имена их советую не запоминать, но мне надо бы их вспомнить. Дядя Яков с тётей Настей, их старшая дочь Елизавета с мужем, сын Валера с женой, старшая Олечка и маленькая Олечка. Итого, восемь. ВО-СЕМЬ!
Я испепеляла взглядом маму, когда увидела всю семейку у себя в прихожей. И, честно, не подумала бы даже высовывать свой нос из своей крепости, оставлять её незащищённой, если бы не услышала такой гул. Поздравления, подарки, шорох, шум, вибрации - да, твою мать, мои колонки не так гупают! И мама, думаю, поняла, что в мою комнату эта орава, ни один из этой оравы, не зайдёт.
Как оказалось потом, всем семейством они зашли просто поздороваться. Елизавета со своим мужем собираются за границу, а у нас они пересаживаются на рейс. Валера со своей женой сняли отдельно квартиру (хоть один нормальный человек!), чтобы справить Новый год вдвоём. Итого, как мама и говорила, останется четыре человека. Две Оли, тётя Настя и дядя Яков. Но мой гнев всё равно ещё шаткий.
Посиделки с кухни перенеслись в гостиную, потому что на нас, шестерых, и их, восьмерых, кухни явно не хватало. Чай попить решили и обсудить последние семейные новости. Кто вышел замуж, кто женился, кто залетел, кто вылетел из университета, кто переехал - и всё в таком роде. Как только мой чай закончился, я только хотела ускользнуть к себе, как меня начали спрашивать.
«Как твоя учёба?»
Прекрасно.
«Решила, куда будешь поступать?»
Нет.
«Не хочешь по стопам отца?»
Не знаю.
«А ухажёр есть?»
Нет.
Но мой ничуть не дрогнувший голос совершенно их не убедил. Они стали докапываться, выспрашивать, а точно, правда, никого нет - достали.
Мама мне сочувствовала, как и все остальные, но не разрешала идти в комнату. Потом стали допрашивать близнецов. Потом - Варю. Им вопросов досталось побольше, ответы тоже были пошире, но родители хотя бы выглядели приблизительно довольными. Я не умею говорить с родственниками, потому что не хочу и абсолютно не умею притворяться. Мне кажется, что они это делают из корыстных целей, а сказать прямо - не могут. Меркантилизм процветает, ага. И это церковно повёрнутая семья. Ах, точно, они ведь не в курсе, что я как бы не особо разделяю их вот этой страсти.
Ну, да. Тебе больше нравится целоваться с практикантом под угрозой раскрытия.
И вас таки-раскрыли. Костя. А потом поцелуй с ним. Блин. Он так легко касался, не настаивал. Я не говорю, что он искусен, как Джакомо Казанова. Но это было приятно. Когда-то тебе ведь было интересно, как целуется Леонов? Вот, желание исполнено. И о том, что ты поддалась ему - никому. Вообще-то тебя даже совесть не мучает. Ты этот поцелуй вычеркнула из памяти быстрее, чем слова того же Ярослава, который просто слегка намекнул о возможности своей симпатии к тебе. Видимо, всё дело в Леонове.
Он слишком засиделся в друзьях, и теперь на нечто большее претендовать не смеет?
Выскользнула из-за стола в уборную и по пути заглянула в комнату. Тут свежо, тихо и просторно. Никто не спрашивает у тебя что-то личное, не лезет в душу, не задаёт неудобных вопросов. За это я люблю тебя, моя обитель, ты просто принимаешь меня.
Я схватила телефон, слыша мамины шаги. Выходит из гостиной и направляется сразу ко мне в комнату.
- Ну, и? - она, словно коршун, смотрит выжидательно на меня. - Куда мы пошли?
- Меня Ксеня зовёт с собой, - показываю ей телефон и загоревшийся экран. Как вовремя. - Вон, смс прислала ещё одну, просит пойти.
- Куда? - она поджимает губы и скрещивает руки на груди, опираясь плечом о дверь.
- К Женьке. Предлагает раньше времени отпраздновать всем вместе Новый год. Внепланово, - моя ложь трещит по швам, зато голос-то как убедительно звучит. Похоже, я научилась лгать за эти полгода. Ещё бы, всему лицею врать о якобы несуществующей интрижке с практикантом, а потом зажиматься с ним по углам - это дрессирует. О, да.
- Почему раньше? - мама настаивает и ищет лазейку, где бы меня достать.
- Потому что, - заминка, и я вспоминаю, чем поделилась Женька в пятницу, говоря уже никакую не ложь, - она уезжает завтра с отцом на две недели. Мы увидимся, считай что, прямо на учёбе.
- И в этом нет ничего ненормального, - она щурит глаза, буквально всем своим видом показывая, насколько недовольна.
- Ну, мам, - тут же выпрашивающе обращаюсь я.
- Что «мам»? Почему ты раньше не сказала? У меня нет никаких гостинцев даже, - она верит или нет?
- Ты и так занята новогодними блюдами. Я лучше куплю какой-то тортик по ходу, - улыбаюсь понимающе, но обычно на маму такие штуки не действуют. Сегодня, явно, удача на моей стороне.