- Сейчас меня смущают, Леонов, совсем не люди, - я качаю головой и отвожу руку, чтобы он не смог её взять пальцами.
- А что?
Делаю паузу для поддержания интриги, сосредотачиваю внимание Кости на своих словах, которые вот-вот прозвучат.
- Ты только что расстался с девушкой, которая тебе нравилась, и заигрываешь с другой, - меня это не так сильно смущало на самом деле, но это важный аспект отношений, даже дружеских, который меня немного беспокоил.
- Да я и встречаясь с ней, - усмехается, - заигрывал с тобой. И не только заигрывал, если ты помнишь.
Теперь ухватывает за руку и разворачивает к себе. Смотрит. Соблазнительно. Я прекрасно понимаю, о чём он думает. Что вспоминает. То же вспоминаю и я. Без подобных искр и возбуждения.
Слишком серьёзная.
- Я тебя поколочу сейчас прилюдно – и это, поверь, будет эффектнее какого-то поцелуя. Я девушка, а ты парень – ничего провокационного тут нет. А вот если я, девушка, поколочу тебя, парня, то это будет феерия.
- Ты слишком самоуверенна, Скавронская, - он произнёс это так...
интимно.
Так, как говорил Егор.
Его «Скавронская». Его «самоуверенна». Не шептал. Низко и с хрипотцой, появившейся от чрезмерного злоупотребления сигарет. С едва заметным движением кадыка. Вздымающейся грудью, чтобы выдержать мой трепет.
Живот проницательно сжало. Я моргнула дважды. Застыла. Выравниваю дыхание и слушаю собственное сердцебиение. Не обращаю внимания на людей и шум города. Нет ничего.
в ушах «Скавронская» низким голосом
в ушах «ты слишком опасна»
в ушах «Катя».
Зубами сминаю губы и не могу успокоить разбушевавшееся тело.
Не горю, но сгораю.
Тлею.
Без Егора. Без «Скавронская». Без «Катя».
- Это моя особенность, Леонов, - под его пристальным взглядом прихожу в себя. Слишком долго молчала и сосредоточилась на своих чувствах. Ещё бы чуть-чуть и закрыла глаза, чтобы предаться вожделению интимных воспоминаний с Егором. – А смелость, как известно, берёт города.
Если твой «город» мужского пола, самовлюблённый и циничный подлец, мразь и сволочь, это не действует. Играй по его правилам и окажись лучшим игроком – тогда заполучишь того, кто слабее. Но мужчины не любят проигрывать, поэтому подумай дважды прежде, чем уничтожить в мужчине то, что любишь. Возможно, избавив его от титула, ты уже не захочешь быть рядом с ним.
- Ты не смелая, а глупая, - переводит в шутку и обнимает за плечи, притягивая к себе, - и мелкая.
- Эй, ты всего лишь на полгода старше! – ему удалось
развести меня
как дурочку.
Я повелась нарочно. Нельзя предаваться этим фантазиям – они глупы до банальности и до алчности ядовиты. Я не хочу попасть в капкан, которого так старательно избегала. В самый последний момент – ты ещё можешь успеть влюбиться в остатки того Егора, будто чаинки запревшего чая несколько дневной давности. Ты можешь, я уверена. Но не стоит испытывать судьбу.
- Я уже ползал, пока ты только слюни пускала.
Он не чувствует, что со мной что-то происходит. У Кости есть глаза – он наблюдает, что мыслями я не с ним. И, как видите, борется с этим. Причём достаточно удачно и смело. За одно это уже можно на него запасть, но я слишком мудрёная опытом.
Спасибо
Егору.
Так просто влюбляться, как раньше – не тот уровень. Я выросла и переросла даже ту планку, которую не громогласно поставила себе ещё очень давно. Вопрос в том, надолго ли меня хватит. И ещё один вопрос в том, а когда планка поднимется ещё выше.
- Можно подумать, ты их не пускал, пока ползал.
Я подыгрываю ему, потому что обижать не стану. Пусть он и натворил дел, но жалости тоже испытывать не собираюсь. За что жалеть? За то, что с девушкой расстался? Сам виноват. Или за то, что я пока ещё не думаю о нём как о возможном партнёре? Опять же, сам виноват. Но какая разница, на ком лежит вина. Леонов – не дурачок. Он прекрасно понимает, что в этот капкан угодил из-за собственной глупости и робости. Впредь, возможно, будет умнее. А, возможно, и не будет. Меня не должно это волновать.
Не должно, но я позволяю себе думать об этом.
Вообще все мои мысли превратились в рудиментарную окклюзию. Я не понимаю до конца многие вещи, но чувствую их. А если чувствую, то не до конца, в зародыше. И это пугает меня. Как можно с моим-то стажем ощущений находиться в таком состоянии. Оно эфемерно, да, но меня это не успокаивает.