Кафешка была немаленькой. Её логичнее назвать полноценным кафе, состоящим из трёх залов. Подиум-сцена, столики, ниши в стенах, приглушённый свет и плафончики со свечами. Росписи кое-где на стенах, ковры или кирпичная кладка. В общем, в таком месте мне хотелось творить что-то: плести фенечки, делать шаржи, писать пейзажики, сочинять музыку или наигрывать её на гитаре, стоявшей в свободном доступе на сцене. Когда мы вошли, какая-то девчонка играла на рояле у подиума. Обслуживали здесь люди с галстуками, подтяжками, очками, шляпами, чётками, часами. В общем, чего только на них не было. Одежда официантов стандартная для всех: джинсы и белая рубашка с коротким рукавом. Поэтому джинсы здесь не носили принципиально, чтобы тебя не спутали с обслугой. И это же распространялось на белые рубашки. Клиентура тут сразу бросалась в глаза: в зале росписи сидели, в основном, люди тонких цветовых отношений, в зале кирпичных стенок - с яркими акцентами (красный, жёлтый, зелёный), а в ковровом зале - всех понемногу. С мира по нитке, так сказать.
Сказать по правде, я тут своим, казалось бы, уродским видом, не выделялась ни капли. Ни серость, ни своя в доску. Прослойка. Как интеллигенция. Серёга махнул кому-то рукой, и мы вдвоём пошли вслед за ним. Столик, как я думала, заказанный на троих, был небольшим пиром. Мы оказались последними, куда присоединились ребята. До нас там уже было шесть человек и ещё трое сидели за столиком рядом, отдельно от остальных. Зачем и почему - я не знала. Пока что мне были интересны знакомые Серёги и Пашки соответственно. И девушки, и парни выделялись либо внешними изысками вроде ярких прядей волос или линз на глазах, либо одеждой. К слову, с ней они экспериментировать не боялись. То, что мне и в голову не могло даже поставить рядом - они напяливали на себя. «Индивидуальность», - думали они. «Безвкусица», - думала я.
Нет, я не против самовыражения, конечно. Просто сочетать то, что само по себе просто нельзя сочетать - перебор. И что вы думаете? Мне пришлось улыбнуться и всё. Вдруг они люди неплохие. Да и вообще, это же друзья ребят - как я могу оскорбить их.
Серёга представил Пашку как своего друга и меня - как его сестру. Но осматривать дальше новых знакомых мне никто не дал - подошёл официант и подал нам, последним прибывшим, меню. Тут был чай, кофе и алкоголь. И разновидности этого всего. Пить мне никто не запрещал, но сейчас меньше всего хотелось напрягать свои почки и печень. И так нелегко пришлось. Даже от радости пить - у меня в крови до сих пор морфин содержится. О каком алкоголе вы там говорите?
Я прикрывалась своим несовершеннолетием, и Пашка мне тут помощником не был. Компаньоны сдались быстро: никто же не будет уговаривать девушку пить, если её старший брат тут. Просидев в этой компании всего лишь полчаса, я и людей перестала считать такими странными, и обстановка располагала к себе, и музыка радовала слух. Я не слышала звонков от мамы и ещё парочку незнакомых, так что вполне себе могла расслабиться. Познакомилась с Кириллом и Катей и общалась, в основном, с ними. Они были братом и сестрой, и, как настоящие живущие под одной крышей члены семьи, ссорились по каждой мелочи. Полная противоположность нам с Пашкой. Вот мы потешались над ними, когда они делили чашку кофе и вспоминали какого-то дядю Серёжу, который подарил им по киндеру. Спор был плёвый: кому какая игрушка досталась, но сколько нового мы узнали о семейной жизни этих двоих! Например, Катя очень долго сушит свои волосы, поскольку они длинные, а если она пользуется феном - мало того, что шумно, так ещё и вся комната оказывается оплетённой паутиной из этих самых, выпавших, волос. А Кирилл очень любит докопаться до еды. Если приготовили не так, как он привык есть, аппетит может пропасть совсем.
За время, проведённое тут, моё настроение улучшилось в разы. Серёга нас потом отвёз домой, а сам поехал по делам ещё. На пороге ждала беспокойная мать, на звонки которой её непутёвая дочь не отвечала. И оправдания вроде «я не слышала» или «телефон на беззвучном» не считаются оправданием. Зато мы повеселились. И моё счастливое лицо кое-как успокоивало. Мне предстоял постельный режим и домашка одновременно, но сначала я позволила себе отдохнуть. Через час-другой, когда я уже основательно подготовилась расслабиться (сериальчик, йогурт и печеньки), вспомнила о телефоне, где до сих пор висели в напоминаниях пропущенные звонки. Среди номеров я увидела Костин и ещё один незнакомый. И ладно Леонов, я ему отношения налаживаю, но кто второй - без понятия. Надо будет - позвонит ещё раз. Отставила пиалу с печеньем, стакан йогурта и набрала Костю. Пусть в неудачный момент, но надо узнать, что там такого.