Из коридора не доносилось никакой возни. Только стук каблуков – она сделала пару шагов и вошла в квартиру. Никакого шелеста, никаких слов, никаких звуков. Они там смотрят, что ли, друг на друга только? Выдержка давала трещину. Любопытство брало верх. Я выглянула в коридор одним глазом.
Светлая кожа, рыжеватый отблеск каштановых волос, отточенные скулы. Ровная осанка. Теплое пальто насыщенного красно-малинового цвета и зелёный шарф. Изящные движения рук. Пока она клала сумку на тумбу и снимала обувь, я внимала каждому движению её кистей. Сколь грациозно они перемещались в пространстве! Никогда не видела подобного. На чистый ковёр она ступила аккуратной ножкой в капроновых колготках. Ни маникюра, ни педикюра – её ногти и руки были в идеальном состоянии, абсолютно неброские, натуральные. Я не заметила, как прикусила от зависти губу, всё также украдкой поглядывая за происходящим в коридоре из гостиной. Первые кадры «Лёгкой жизни» так и остались висеть на экране. Благополучно забыто.
Егор стоял ко мне спиной и ничего, что отражалось на его лице, мне не было видно. Наверное, сейчас - каменное выражение. Он не знает, как реагировать. Желание быть с этим человеком проснулось так же быстро, как всплыли воспоминания из прошлого. Интересно, она всегда была такой грациозной? Наверное. Раз он ничего не говорит и не прогоняет её. Хотя как он может это сделать? Это ведь его Лена. Его. Ту, которую он до сих пор видит в других людях, угадывает её поведение в окружающих. Он не видит мир – он сравнивает его с Леной. Для него Лена – мир.
- Ну, здравствуй, - она легко улыбнулась, озарив собою коридор. И тут я заметила, как мрачен был Егор. Он стоял грозно, словно скала. Никак не двигался, даже дыхание не различалось. Может, дело в приглушенном свете, но нет. Света было достаточно.
Егор убрал руки вниз и облокотился спиной о стену, уставившись в потолок. Всем своим видом он говорил, что хочет её видеть, рад ей, но она не должна этого понять. А она поняла и играла с ним теперь. Мне было жаль практиканта. Как человека. Как парня. Как мужчину. Он устал. Эта надежда, это томление, это ожидание Лены его утомило. И, увидев её, он понял, насколько сильно устал от этого. Думаю, сейчас в его голове тысяча раз проносилась идея бросить всё это и уйти. Оставить меня и её здесь и просто уйти. От меня не так много проблем, но своим упрямством я усугубила ситуацию и затянула петлю на его шее ещё туже. Прости и попробуй понять меня. Я говорила, что это не из-за моих чувств. Я солгала. Я хотела знать, кто она, твоя бывшая. Я хотела увидеть её. Я хотела понять тебя.
- Так и будешь стоять особняком? – она спрашивала мягко, чуть насмешливо, но её голос, самый обыкновенный, выводил меня из себя. Он казался тонким или лоснящимся от лести. Будто она вылила весь пузырёк геля на свои связки, перепутав их с волосами. – Даже не обнимешь меня?
Егор молчал и не подавал признаков, что услышал. Он либо выводил её из себя, либо пытался разобраться в себе. За полтора года разлуки не удавалось, а тут бац, и удастся. Наивный. Но я верю в тебя. Ты сможешь всё.
Я вышла из комнаты на ватных ногах. Твёрдость духа исчезла в тот момент, как Лена глянула на мой профиль. Я сжималась от робости и страха. Не знаю, откуда взялось это ощущение. Я ведь не такая, так откуда у меня, Екатерины Скавронской, появился страх. Теперь мне стало страшно оттого, что я меняюсь в плохую сторону.
- Я дала мало времени? Ну, что ж, бывает, - стоило ей лицемерно улыбнуться, как ко мне вернулась сила, вся любовь к жизни и уверенность. – Не смею задерживать.
Это уже переход за границу без паспортного контроля. Егор не реагировал, окунувшись во тьму своего безрассудства, а я едва сдерживалась, чтобы не раскрыть рот. Я не в своём доме, а она здесь, наверное, частенько бывала. Так что даже аура квартиры не на моей стороне.
- Не стесняйся. Ты не первая из тех, кого я встречаю почти на пороге. Но, признаться, настолько «молоденькую» я не ожидала увидеть, - она хохотнула, скрыв свои эмоции в ладони.
Егор тяжело вздохнул, не дав мне придумать даже ответ. Его вздох был настолько громким, что Лена сочла его за ответ и уже с заинтересованностью поглядывала на него.
- Это моя ученица, - он развернул голову к ней, что-то изобразив на лице, отчего она ещё больше озарилась улыбкой.
- И ты не боишься потерять работу, встречаясь со своей ученицей у себя дома?
- Ты сказала, что пришла по делу, - спрятав руки в карманы, Егор опустил взгляд вниз. - Моя жизнь тебя не должна волновать. Раздевайся и иди на кухню.
- Нет, погоди, - уцепилась за это, как за соломинку. – Ты что, правда, встречаешься с несовершеннолетней?
- Ещё один вопрос по поводу моей жизни, и я сочту это заинтересованностью во мне как в мужчине, - он с лёгкой улыбкой глянул на стену напротив себя и расправил плечи.
Сейчас от Егора так и веяло чувством взятого реванша. Ему удалось убедить её. Поразительно. Нет, пока я не могла сказать, насколько великолепна Лена в ведении диалогов, но это, признаться, поражало: то, как она давила на него, как пыталась манипулировать им и его чувствами, как она выкрутила собственную позицию. А Егор одной фразой сделал ей комплимент, предупреждение и оскорбил. Хочу научиться этому у него. Как он это делает?
- Мне можно присутствовать? – тихо спросила я у Егора так, чтобы Лена не услышала.
- Как хочешь, - он ушёл на кухню, оставив меня с кучей сомнений. С кухни донеслись звуки воды, которая текла из-под крана в фильтр. – Кать, ты чай будешь?
- Буду, - растерянно бросила я, принимая вызов. Похоже, что Егор втягивает меня в эту ситуацию, позволяет узнать что-то, но не даёт воли. Он хочет, чтобы я шла за ним и доверяла ему. Хочет, чтобы я положилась на него и просто подыгрывала. Он ведёт эту партию. Не ты, Кать. А он. Мужчина.
Лена уже сняла верхнюю одежду и в своём деловом юбочном костюме прошествовала на кухню, не заметив меня. Она присела по привычке и откинулась на спинку стула, чуть улыбаясь всему происходящему. Или она по жизни ходит с улыбкой. Пока я не могла понять, почему она улыбается. Едва я вошла, её улыбка стала шире. Видимо, её всё-таки забавляла сложившаяся ситуация.
- Она и за столом сидеть будет? – поинтересовалась с юмором Лена, едва я присела на ближний к двери стул.
- Ты предлагаешь ей с пола есть? – холодно обронил Егор, не спеша делая чай. То чашки доставал, то заварку, то сахар. То воду с фильтра наливал в чайник.
- Как ты сказала, тебя зовут? – её интонация сменилась на деловую. То, в чём она ас. Вот, чего мне стоит опасаться.
- Катя, - я напряглась. Уверена, это мне ничем не скрыть. Поэтому я старалась убежать: - Вам чем-нибудь помочь, Егор Дмитрич?
- Не стоит. Общайтесь, - отрезал практикант, оставив меня наедине с этой фурией. Хотя я утрирую. Внешне в ней, и правда, не было ничего такого. Симпатичная, но ничего выдающегося. Статная, уважающая себя. Наверняка она занята и ценит своё время. Зачем же она пришла? Но, похоже, она не мной интересовалась, потому что мой ответ и такая явная попытка бегства её не потешили. Словно это всё спланировано было.
- Ты ужинал? – всё это время ей нужен был Егор. Она боялась сама начать разговор и поэтому использовала меня. Продумала мою реакцию. Хех, вот как. Даже если бы я ответила – она бы придумала провокацию, чтоб я обратилась к Егору. А я всего лишь способ проверить, готов ли Егор говорить сейчас. Не больше, не меньше. А если он может отвечать мне, то почему не может отвечать ей. Уверена, она бы подала ситуацию именно так. И я снова всего лишь пешка. Не в то время и не в том месте.
- Да. Уже поздно, - он не разворачивался к нам по-прежнему.
- Ещё помнишь? – мне стало неловко. – Помнишь, какой сегодня день?