На мгновение гул битвы стих, и Фрэмстерн отчетливо услышал, как рядом кто-то тихонько хрипит. Рядовой Родфорк лежал в метре от него. Его серый мундир в районе груди обагрился кровью, глаза невидящем взглядом смотрели в черное небо, а окровавленные руки сжимали ножки лежащей рядом треноги с разбитой подзорной трубой. Солдат часто дышал и воздух при выдохе выходил с хрипом. Когда пальба вновь возобновилась, его грудь перестала вздыматься.
Юзес с уже перезаряженным ружьем выглянул из-за зубца. Войско неприятеля, сократившись примерно вдвое от первоначального, отступало от замка и смещалось вправо. Вайтирцы не сказать что бежали, но двигались значительно быстрее. Теперь их от стен замка отделяло не менее четверти километра. Сделав пол-оборота, они стали двигаться параллельно южной стороне крепости, держась на прежней дистанции и все ускоряя ход. Внизу послышался топот ног и командный голос Рида. Сержант перебрасывал войска на южную стену. В этот момент Юзес понял, куда движется неприятель. Подбежав к правому краю башни и высунувшись между зубьями, он разглядел отдающих команды Велфорта и сержанта.
- Все на западную стену, - крикнул он им. – Они бегут в деревню. Лейтенант поднимайте решетку, возьмите с собой сорок человек и ждите меня возле ворот.
Лицо лейтенанта Велфорта напряглось и он кивнул. Он тоже все понимает. Сорок человек против сотни обезумевших вайтицев.
- И прекратите артобстрел. Не хватало еще попасть в мирных жителей.
Перепрыгивая через две ступеньки, он быстро спустился вниз. Велфорт уже ждал его возле ворот с другими солдатами. Многие выглядели сильно вымотанными. Один где-то оставил свой кивер, еще несколько были в заляпанных кровью мундирах.
- Эти сволочи бегут в нашу деревню. Мы обязаны их остановить, - на длинные речи не было времени. Да все и так прекрасно понимали, что на кону. В деревне проживали семьи более чем половины солдат. Защиты там никакой не было. Когда-то давно Юзес предлагал отцу поставить хотя бы частокол. Но тот отказал, ссылаясь на то, что в случае атаки все деревенские с легкостью поместятся внутри крепости.
Построив солдат в две линии по двадцать человек, Юзес вывел их за ворота. Двигаясь по небольшим улочкам деревни, он ловил на себе испуганные взгляды прячущихся в домах людей.
- Лодрик, что происходит? – пожилая женщина, в одной ночной рубашке и растрепанными седыми волосами, стояла на крыльце одноэтажного домика. Из-за ее спины выглядывала маленькая кучерявая девчушка. – Это что война?
- Мама, зайди внутрь и запри все двери, - крикнул ей один из солдат.
- Лучше всем поступить также, - повысив голос, сказал Юзес.
Они вышли к главной улице и, повернув налево, дошли до самых крайних домов. Один, двухэтажный, выложенный из белого камня с резными ставнями на окнах, балконом и черепичной крышей принадлежал сыну богатого торговца, приехавшего суда как он говорил «подальше от городского шума». Еще две – неказистые бревенчатые хижинки, принадлежали местным охотникам. Последний дом, стоящий вдоль дороги, принадлежал мяснику и его семье. На первом этаже находилась его лавка и разделочный цех, на втором проживал он сам с женой и двумя полненькими дочками.
- Лейтенант, - обратился он к Велфорту. – На тебе левая сторона дороги. Занимай дом торговца и охотничий. Я обоснуюсь здесь.
- Слушаюсь.
Подойдя к двери дома мясника, Юзес настойчиво постучал. Тишина. Ждать, не было времени.