- Ну что вы, полковник, - губы Вигельма непроизвольно расплылись в благодарной улыбке, - я в вас нисколько не сомневался.
Уже спустя три дня после этого разговора, Бэкенвила доставили в Гейнджертаун– крупный приграничный город на юге Лендхарвеста. Оттуда до лиабийской Гавани песков было около двухсот километров, и если бы Бэкенвилу просто выдали лошадь, он бы затратил на оставшийся путь не более трех-четырех дней. Однако недалекое штабное командование Гейнджертауна сочло, что наименее расточительным вариантом будет отправить его вместе с делегацией торговой гильдии Лендхарвеста, направляющейся на какой-то там съезд торговых представителей в тарийский город Золотые Сады. Поэтому, вот уже седьмой день к ряду ему приходилось трястись в душном медлительном дормезе вместе с парочкой лендхарвестских торгашей.
Солнце еще не полностью взошло, а удушающая жара уже давала о себе знать. Сегодня по его прикидкам они должны были добраться до города. Смахнув со лба испарину, он посмотрел на своих попутчиков. Напротив него сидел сухопарый старичок лет шестидесяти в пепельно-черном фраке и коричневых полосатых бриджах. Длинный острый нос мерно покачивался в такт движению коляски. Спящий старик был лордом Лью Седармастом, владельцем Бухты крабов на западном побережье. Этот человек владел почти половиной всех торговых кораблей, курсирующих вдоль границ их государства. Что интересно, судя по цвету лица, старик не то что ни разу не был в море, но и вообще редко покидал свое родовое поместье. Даже сейчас, он, задвинув шторку, забился в самый темный угол салона.
Второй его попутчик был куда интереснее. Это был невысокий полненький круглолицый мужчина лет пятидесяти с практически лысой головой, обрамленной по краям редкими седыми волосами. Лоб его прорезали глубокие морщины, крупный нос казалось, был приклеен на лицо каким-то нерадивым скульптором, однако из-под круглых очков на мир внимательно и живо смотрели большие карие глаза. Голдин Вендор был когда-то сыном обычного башмачника. Сейчас же он являлся владельцем почти сорока фабрик по всему континенту. Они производили все от карет до самых современных моделей кораблей, занимались добычей угля и китового жира, а даже строительством многоэтажных зданий. За двадцать лет работы Вендор влез во все существующие сферы производства и торговли. Какой бы товар вы не покупали, вы, скорее всего, обнаружите на этой продукции его фирменный знак: три ребристых круга, каждый из которых соприкасался гранью с двумя другими. В народе этот символ так и прозвали - трицикл. Одетый в изысканный темно-зеленый сюртук и белые штаны, поддерживая одной рукой золотое пенсне, торговец читал какой-то толстенный талмуд. Его лысая голова блестела в лучах восходящего Солнца. Почувствовав на себе взгляд Бэкенвила, Вендор поднял голову и улыбнулся своему попутчику.
- Вижу, снова маетесь бездействием, мой друг.
Этот торгаш определенно ему нравился. В отличие от своего чопорного и надменного коллеги, Вендор, и сам не являющийся обладателем знатного титула, всегда общался с Вигельмом на равных.
- Вы все еще не передумали, повернуть назад, как я вам предлагал? – спросил торговца Бэкенвил.
- Мой дорогой Вигельм, поверьте вам не о чем беспокоиться, - улыбнулся в ответ Вендор.
- Разве что о том, что в стан предполагаемого врага движется сын нашего короля вместе с самыми влиятельными торговцами, которые могут одним своим словом обрушить экономику страны.
- Полноте вам. Неужели, по-вашему, этот человек такой глупец? Я слышал, что это далеко не так.
Человека, о котором шла речь, звали Эйнас Хидет. Он был единственным сыном рано почившего брата короля Лиабии. Поговаривали, что король лично приложил руку к его смерти, подсыпав тому яда. Молодого Эйнаса отправили на юго-восток к его дяде и младшему брату короля Амбру Хидету, подальше от двора и всех друзей его отца. Там он и жил последние восемь лет, пока несколько декад назад не появился возле стен замка восточного бея Панго Кенара с многотысячной армией. Крепость пала через пару дней, так и не дождавшись подкрепления от короля. Сейчас самопровозглашенный король занял почти весь северо-восток страны, подбираясь вплотную к границам Тарии. Дорога до Золотых садов все еще считалась безопасной, но надолго ли?
- Насколько я знаю, - продолжал торговец. – Большей частью своих побед принц обязан своей изобретательности и хитрости. При взятии крепости бея Кенара он, например, заранее подкупил главу его личной стражи, который открыл ему ворота и самолично захватил наместника. Сразу после этого, объединенные силы беев из Холма Эвлата и Очага подошли к его войску возле Тайной заводи. Однако, Эйнас, к тому времени захвативший все деревни в округе, взял в плен родных большей части солдат из армии беев и посулил убить их, если воины не восстанут против своих наместников. Резня, сразу начавшаяся в лагере противника, позволила ему разметать трехтысячное войско, даже не вступив в бой. Перешедших после битвы к нему людей он распределил между своими союзниками, и, конечно, как и обещал, он не тронул ни кого из захваченных людей. Он даже отправил часть своего войска на восстановление разрушенных им деревень. Как видишь, мой друг, этот человек очень умен.