- Все в порядке, дочка, - попытался улыбнуться отец и, чуть помедлив, добавил – Сны это всегда всего лишь сны.
Сощурив глаза, он посмотрел через запыленное окно на раскинувшуюся степь.
- Скоро приедем, - наконец, сказал он. – Надо по пути заскочить в небольшой городок. Дорога была долгой и, не знаю как ты, но я бы не прочь принять горячую ванну, перед тем, как появиться на пороге у твоего жениха.
- Просто мысли мои читаешь, - ответила Мари. – Не хотелось бы, чтобы новоиспеченный суженный отправил нас восвояси, увидев мой неряшливый вид – усмехнувшись, добавила она.
Едва появившись, улыбка на лице отца тут же исчезла, и он со скорбным видом посмотрел на нее.
- Прости меня, дорогая. Никогда не думал, что до этого дойдет, - он опустил голову и, сцепив руки в замочек, дабы унять дрожь, тяжело вздохнул. – Что мне придется использовать свою родную дочь в качестве разменной монеты.
Его тело слабо дернулась, и Мари поняла, что он пытается сдержать слезы. Подавшись вперед, она положила свою руку поверх его. Он вновь вздрогнул и поднял на нее покрасневшие глаза.
- Не надо, пап. Я все понимаю, - наклонившись еще сильнее, она обняла его. – Все будет нормально. Мы это переживем.
- Спасибо, Мари, - отец все же не смог сдержать слез. – Спасибо.
В этот момент, снаружи раздался зычный голос Гаца.
- Господин Потэлет, впереди показались какие-то домишки. Видать поселение.
- Спасибо, Гац. Правь туда, - ответил отец и посмотрел на Мари. – Ну что, готова поплескаться в ванной.
- Жду не дождусь, - улыбнулась она.
И, хотя ванной, по сути, оказалось большое деревянное корыто, Мари была вне себя от счастья. Но долго понежиться ей не удалось. Отец хотел поспеть до замка ее жениха к вечеру, поэтому спустя всего несколько часов они вновь выдвинулись в путь. Мари переоделась в миленькое салатовое платьице, а свои длинные темно-каштановые волосы собрала в пучок на затылке, опустив пару локонов на плечи. Чтобы дополнить образ, она надела мамины золотые серьги с небольшими изумрудами и изящное колье. Оглядев себя в зеркало, она удовлетворенно кивнула. Образ получился с одной стороны простой, а с другой даже несколько завораживающий. Внешние данные у нее тоже были весьма не дурные – аккуратный точеный носик, притягательные карие глаза, пухлые, хоть и бледноватые губки. Все это, как ей говорили, она унаследовала от своей матери, от отца ей достался лишь высокий лоб да худощавое телосложение.
Солнце уже преодолело половину пути, клонясь к горизонту, когда впереди, наконец, показался замок ее жениха – неказистая квадратная крепость, казавшаяся абсолютно черной. Перед воротами с западной стороны располагалась небольшая деревушка. По словам, уже бывавшего здесь отца, здесь проживало где-то порядка сотни семей. Подъехав немного поближе, Мари заметила, что в деревне происходила какая-то суматоха.
- Что там случилось? – заинтересованно спросила она.
- Может сегодня базарный день, - пожал плечами отец, но лицо его сделалось напряженным.
Перед самым въездом в деревню их карету остановила группа солдат с ружьями наизготовку. Один из них, невысокий военный с пышной седой бородой подошел к повозке и бесцеремонно открыл дверцу.
- Кто такие? – сурово сдвинув широкие кустистые брови, спросил он.
- Я… лорд Антуан Потэлет. А это моя дочь Мари, - немного опешив от наглости военного, ответил отец. – Мы направлялись в замок к лорду Фрэмстерну. Он же сейчас здесь?
- Потэлет? Это что за фамилия такая? – проигнорировав вопрос, спросил вояка. – Никогда не слышал о таком лорде. Звучит как что-то вайтирское.
- Послушайте, просто передайте лорду Фрэмстерну, что мы прибыли и он…
- Сейчас в замке командует майор Стафф, - перебил его солдат, - и ему я ничего передавать не буду. Этот замок в данный момент является ставкой авангарда восточной армии, поэтому разворачивайте поскорее свое корыто и проваливайте отсюда.
- Майор Стафф? Что здесь происходит? – удивился отец. – А где капитан Фрэмстерн?
- Я не обязан отвечать на ваши вопросы, - грубо сказал вояка. – Повторяю, разворачивайтесь и уезжайте.
- Но послушайте…
- Ничего не хочу слушать, проваливайте. Здесь и без вас хлопот хватает.
- Как-то не слишком любезно вы разговариваете с этими людьми, старшина Филарс, - раздался позади него молодой, чуть писклявый голос. Военный с нескрываемой неприязнью на лице обернулся. На него с обезоруживающей улыбкой смотрел красивый молодой офицер с аккуратно уложенной копной светло-русых волос, сидящий на светло-сером жеребце.