- Рад это слышать, - сказал Вендор. – Как считаете, мы скоро будем у Южного перевала, капитан?
- Думаю, к закату доберемся, - почесав затылок, ответил Блекгейз. – Точнее скажу, когда вернутся мои разведчики. Не хотелось бы попасть в капкан проклятых лиабийцев.
- Надеюсь, этого не произойдет, - вежливо заметил Голдин. Вернее было бы сказать, что он знал это наверняка, но Вендор решил промолчать. Письмо из Крепи доставили ему еще пару дней назад. Как и ожидал Вендор, все прошло как по маслу. Иоламского советника убили прямо в тронном зале, по сути, не дав даже шанса оправдать себя. Джавей Авар хорошо подтасовал улики против него, а обличающие письмо, присланное Голдином королю, послужило поводом для начала расследования. В итоге Вендор, во-первых, заручился поддержкой Авара, а во-вторых, в благодарность от короля, получил ранее принадлежащие почившему советнику наделы земли близ Очага и Холма Эвлата. Конечно, в письме Голдин не забыл самым раболепским тоном, напомнить, как ему хотелось бы без лишних помех добраться до границ Тарии, хотя, очевидно, Эйнас и сам не видел большой нужды навязывать свое общество лендхарвестским торгашам и уж тем более принцу. Несколько раз люди Блекгейза замечали на горизонте лиабийских разведчиков, но в остальном путь через его земли проходил без происшествий.
Как и предполагал капитан к закату они действительно достигли Южного перевала. Вендору уже порядком надоело трястись в дормезе, и пока слуги устанавливали палатки и готовили ужин, он решил немного прогуляться. Слабый ветерок приятно освежал и он неспешным шагом двинулся к переправе.
Это был естественный неширокий каменный мост выгнутый небольшой дугой. Возле самого его края стояло неказистое известняковое здание в два этажа. Шестьдесят лет назад с приходом к власти харитов в Лиабии, новоиспеченные короли решили установить пошлины за проход через мост. Причем сделали это очень умело. С тех, кто двигался с запада, пошлину взимали на восточной стороне, а путников идущих из Тарии, Иолама и восточных частей Лиабии на западной. В итоге торговцы и прочий люд оказывались на продуваемом всеми ветрами мостике, повисшем над бездонной пропастью, с которого те естественно хотели поскорее уйти и посему не особенно артачились когда с них требовали пошлину. С приходом в эти земли Эйнаса Хидета с его войском, взимание пошлин с этого перевала было упразднено, что резко повысило авторитет самопровозглашенного короля в глазах многих местных торговцев.
Голдин уже почти добрался до переправы, когда заметил стоящего у края пропасти военного. По отличной выправке и идеально чистому, словно только что сшитому мундиру, Вендор сразу же узнал его.
- Приятного вечера сержант Брашвуд, - поприветствовал военного Голдин. Человек на краю пропасти лениво обернулся и смерил торговца безразличным взглядом.
- А это вы, Вендор, - как всегда растягивая слова, сказал Брашвуд. – Что? Тоже захотелось полюбоваться Черным Змеем?
- Никогда не умел любоваться темнотой, - с легкой улыбкой ответил Вендор.
Черным змеем в простонародье называли Великий Разлом – тот самый, через который позволял перебраться Южный перевал. Пропасть тянулась извивающейся линией через весь континент и лишь семь природных мостов позволяли перебраться с одной ее стороны на другую. Было, правда, еще несколько канатных мостов, но по причине частых несчастных случаев, большинство из них были давно заброшены. Более основательных рукотворных мостов никто не пытался возводить. Еще будучи молодым, Голдин спросил у одного из своих учителей, почему никто не строит мосты через Разлом. Тогда тот, молча, передал ему книгу некоего Братслава Вихорского под названием «Павшие мечты». В ней автор собрал и законспектировал более восьми сотен попыток строительства мостов через пропасть за последние четыре сотни лет. И ни одна из них не увенчалась успехом. Голдину хорошо запомнилась одна из таких историй.
Это произошло около века назад. Молодой гузский предприниматель Радкэ Дрвали заключил договор на постройку моста в местечке Прериз-пову на Вайтирской территории. Быстро взявшись за дело, Дрвали, вместе со своим другом архитектором Втораком Гордским, всего за три года смог возвести каменную арку и железные подпорки для моста. За это время погибла, по меньшей мере, тысяча рабочих. Вайтирцы, ссылаясь на проклятье Черного Змея, отказывались работать и гузсу пришлось нанимать рокколан и даже бесстрашных тарийцев. Спустя еще полгода, когда даже столь немалые финансы Дрвали стали подходить к концу, мост, наконец, был готов. На его открытие собрался весь свет Вайтира, включая самого короля. Чтобы проверить прочность моста, гузс вывел на него двадцать пять груженных камнем повозок, после чего Гордский вместе с группой уважаемых архитекторов Вайтира провели его осмотр. Все было безукоризненно. Вдохновленный долгожданной победой Дрвали вместе со своей женой и старшим сыном сам выехал на мост в своем экипаже. Следом выехал Гордский с семьей и группа спонсоров и меценатов, помогающих в строительстве. Теперь, окончательно убедившись в надежности моста, честь проехаться по нему доставалась вайтирскому королю и его приближенным, но не успели подготовить королевский экипаж, как все услышали страшный грохот, идущий из недр пропасти. Арка, держащая мост, в мгновение око покрылась паутиной трещин и разлетелась на куски. Мост стал выгибаться вниз, пока не надломился и огромными пластами не полетел в черноту, увлекая за собой движущуюся по нему процессию. Лишь экипажу семейства Дрвали удалось пересечь этот проклятый путь, и незадачливому гузсу пришлось раздать все свое состояние вайтирской короне и членам семей погибших. Так и закончилась эта история, последняя крупная попытка построить мост через Черного Змея.