Она редко молилась, и вообще вспоминала Бога. Но сейчас усиленно повторяла: «Хлеб наш насущный дай нам…и прости прегрешения наши, и не вводи в искушение… Господи! Пусть он пройдёт мимо!» Но он остановился. Купил у неё что – то. Всё обыденно. Странно. Он не узнал её. Да и не знакомы они вовсе! И чего она так испугалась?
Она стала искать встреч с ним, пусть с виду мимолётных и случайных.
Гоша избегал её, чувствуя, что рядом с ней не может быть тем, за кого держат его все окружающие. Рядом с ней он мог быть только самим собой. Моментами ему становилось жутко, когда он понимал, насколько беспомощен перед ней, насколько она близка ему, похожа на него самого. Но он – мужчина не мог позволить себе проявить слабость перед ней – женщиной. И поэтому всеми силами избегал даже мимолётных, ничего не значащих встреч.
Вскоре, выяснилось, что работает он на том же рынке, что и она. Его мастерская по ремонту электрооборудования стояла в другом конце рынка, у железных ворот запасного выхода. Ксюша тогда только осваивалась на рынке. Вообще то она работала в школе, преподавала ИЗО и черчение. В летние каникулы подруга попросила её подменить на пару недель. Так Ксюша оказалась на базаре, где так и осталась.
Гоша жил своей жизнью, которая даже тенью своей её не касалась. Она хотела быть интересной ему, хотела, что бы он думал о ней, искал взглядом, смотрел вслед. Но как это сделать не знала. Он держался очень обособленно. Его простота и общительность были не больше, чем ширмой, отгораживающей его мир, его друзей, его интересы от всего остального мира. Она была за этой ширмой. Иногда, от своего бессилия она ревела, неистово, без слёз. Иногда, сидела оцепеневшая, холодная и только по щекам текли горячие капли.
Никто не знал её терзаний, в прочем, и его то же. Больней всего было то, что о терзаниях друг друга они то же не догадывались. Так прошёл год.
Глава 2.
У Ксюши была подруга – совсем молоденькая девушка Алька. Весёлая и бесшабашная, она здорово скрашивала тягостное однообразие будней. Алька после школы, часто забегала на базар поболтать с Ксюшей.
Ксюша была намного старше Альки, и общих интересов у них вроде бы и не было. Алька ещё училась в школе и у неё на уме были только дискотеки, наряды и видеоролики. Ксюша изо всех сил пыталась вникнуть в скудность её интересов, и хоть как то расширить их рамки.
Ксюшу восхищало в Альке – её умение мечтать без всяких ограничений, восхищало богатство её воображения! В тот день Ксюша дала для него достаточно пищи. Она рассказала, вспомнив своё детство, как они с подружками вызывали духов. Чертили круг с алфавитом, коптили над свечой блюдце. Как оно само потом передвигалось под их пальцами, складывая в слова отдельные буквы.
Когда на следующий день Алька прибежала к Ксюше, взахлёб рассказывая об удачно проведённом ночью спиритическом сеансе, Ксюше, вдруг, происходящее увиделось в ином свете. И она решилась.
Первый дух, с которым у неё получилось общение – был дух её погибшего отца. Впервые она испытала столь сильные чувства и настолько яркие эмоции! Всё происходило настолько явственно, как если бы она наяву встретилась бы с отцом. Постепенно, шаг за шагом они сильно сдружились. Любовь и родственные чувства сыграли свою роль. Отец погиб, когда Ксюша ещё училась в школе, с тех пор она часто мечтала, как бы они с отцом были близки. Она сильно выматывалась, не умея ещё продуктивно и долго общаться таким образом. Сил её хватало на один разговор в неделю. Но стимул был мощным. Она перечитала вновь все отцовские письма, сохранившиеся дома, с радостью отмечая, что человек их писавший, и дух, с ней общающийся – одно лицо. Вскоре отец, его личность, его образ, его характер и даже внешность стали ей так знакомы, будто они наяву встретились и общались в реальности продолжительное время.
Ксюше никто не нужен был больше. Она не понимала людей, которые хотели бы вызвать дух кого либо из умерших, что бы услышать ответы на волнующие их бытовые вопросы. Её общение с отцом было совершенно иным.