- Хотя, постой, - задумался Ролкин, - может, это и есть тот канал связи с Богом, который ты так жаждешь? Прилив любви в твою душу в этом месте потрясающ! Ксюшенька, я так мало знаю и удивляюсь, что впервые не могу ничего вразумительного ответить на мысли человека. Да, человечество движется семимильными шагами! Пожалуйста, прости нас за гордыню, мы, действительно, друзья. Ты до сих пор хочешь видеть меня?
Девушка удивилась:
- Ролкин! Да ты УЖЕ стоишь предо мной. Правда, вижу тебя, в общем, без деталей. Сфокусировать зрение не получается, будто на солнце смотрю, которое слепит глаза. Только твоё сияние не ярко - слепящее, как у солнца, а спокойное, белого цвета. Какая – то хламида до полу на тебе светлая, вижу длинные до плеч волосы, не разберу деталей, вижу лицо, но от сияния не разглядеть его черты. Сияние бело-лимонного цвета… Вот и всё. Но ведь раньше и этого не было.
- Молодец, девочка! Если бы я мог, ты увидела бы меня всего в деталях сейчас же! Девочка, не сомневайся в своём мужестве и смелости. Я теперь стану чаще оставлять тебя, учись стоять за себя, не моля о помощи! Ты – сила. Умей ещё и верить самой себе. В твоём деле отличать истину от лжи – задача номер один. Ты – справишься. Начнём? Не боишься? – Хранитель рассмеялся. Несмотря на внешнюю бесстрастность обстановки, диалоги их всегда были очень эмоциональными и душевными.
- Нет, - рассмеялась Ксюша в ответ, - контроль над собой у меня железный, да и нервы крепкие.
Ей вспомнился Гоша. Та ночь, когда она впервые решилась вызвать его дух. Как она волновалась тогда, словно перед свиданием. Так оно и получилось. Свидание наяву в его мастерской уже было не первым. Туда она шла, прекрасно зная человека, с которым ей предстоит общаться. А тогда, тогда в первый раз… Тогда она даже искупалась и надушилась перед тем, как сесть за круг. И магнитофон поставила рядышком, на всякий случай, с любимой песней:
«Любовь стояла у порога. Как нищая, просила обогреться.
А я сказал ей: «Скатертью дорога!»
Так почему такая боль на сердце?»
Тогда, в ту ночь, она очень боялась, что Гоша не захочет даже слушать её, что не поверит в её искренность. И представлялась она себе самой той самой продрогшей нищей, стоящей у порога его души, и не смеющей зайти в неё.
- Да. – Прервал её воспоминания хранитель, продолжа её мысли, – И не воспринимай слёзы и дрожание губ, слабость тела за неумение владеть собой. Чего будут стоить это умение без участия твоей нежной и чистой души. Люди принимают это за проявление слабости, но это не так. Истина в силе духа, а эта сила – волевое стремление делать Добро, Любовь ко всем без разбора, т.е. корысти, и эта сила тебе дана в полной мере! Пусть дрожь тела и слёзы на глазах делают тебя слабой, по мнению большинства, зато твою силу увидеть будет дано не каждому. Но никто из окружающих не посмеет тебе перечить, никто не сможет противопоставить тебе себя. Слишком не равные весовые категории. – Хранитель рассмеялся, - даже Гоша это чувствует, хоть вы с ним и ровня. Вы – ровня, Ксюшенька. Ты сильна разумным восприятием, он – интуитивным. Но, раз Бог дал ему такие способности, ничто ведь не бывает просто так, ему суждено ими воспользоваться!
С замиранием сердца мы следим за вами, дети. Разворачиваются кульминационные действия в спектакле вашей жизни, и бесчисленное количество зрителей давно не оставили ни одного свободного места в зрительном зале. Они тебя любят, хотя бы за то, что ты слыша их смех, смеёшься вместе с ними, что ты благодаришь и просишь у них совета, что ты их просто ЧУВСТВУЕШЬ. Девочка, скажу тебе то, на что не имею права. – Хранитель замолчал. В наступившей паузе Ксюша услышала, но не словесный и не мысленный текст, и даже не чувственное сообщение. Это было неописуемо, но информация, ей данная, была куда понятней слов, чётче мыслей, и ярче чувств.
- Ты поняла?
-Да. Прости за всплеск гордыни. Я люблю вас всех!!! Спасибо, друг. А спектакль я вам предсказываю занимательный. Извини, если надолго буду «забывать» про зрителей, ведь для меня это всё-таки жизнь.
- Девочка, умница моя, я удивляюсь, как ты всё правильно понимаешь. Пожалуй, нам пора прощаться.