- Давай, колись, что там случилось с Гошей? Я чувствую, нет, вру, от Ролкина знаю!
В ответ Ксюша услышала искренний хохот взахлёб:
- Это становится забавно, вы что, ребята, с ума там посходили? Вы что вытворять вздумали? Я ведь тоже имею право быть просто другом Гоше. Имею право и хочу!
Радостная приподнятость настроения хранителей передалась Ксюше:
- Унцесвали! Я чувствую тебя по горячей волне любви, в которой задыхаюсь! У меня есть план: Юра несёт Гоше отремонтировать мой приёмник, там только пару контактов надо перепаять, и пытается стать ему интересным, завязывается дружба, а потом… Что скажешь?
- Блеф. Ты что Гошу плохо знаешь? Юра, просто, не выдержит его презрительного высокомерия. Ты – другое дело. Ты – хозяйка его души. Юра – чужой.
- Унцесвали, что же делать? А может, попробовать? Гоша не сможет не увидеть ума и доброты Юры.
-Зачем они ему? Он сейчас ходит как с зубной болью, с мыслями о тебе. Отнеси ему свой приёмник сама.
- Ты что! Чтобы нарваться на его высокомерное презрение? А что… это мысль! Действительно, это будет смелый поступок…. И честный. Унцесвали! А как же то, что он сам должен прийти ко мне?
- Девочка, извини, но мой Гоша никогда не будет сильнее тебя.
- Унцесвали, ты прав, я должна сама выйти из этого, и вмешивать сюда Юру не честно. Врать Гоше пусть даже таким способом я не буду. Можно поговорить с ним?
- Поговори, только не долго. Я введу его в транс. И если прервётся неожиданно связь, не удивляйся, извини…
У Ксюши был обеденный перерыв, а Гоша в это время сидел у себя в мастерской, но будто спал наяву. А на деле, просто, вошёл в иное измерение. Он сидел у окна, опустив ладони на колени, отречённо глядя сквозь стену, ни о чём не думая. Друзей с ним не было, он был один. Сейчас оболочка его покоилась в мастерской, а он сам был рядом с Ксюшей.
И виделся ему широкий диван, застеленный мягким пледом леопардовой расцветки…
- Гоша! Поговори со мной немножко.
- Здравствуй, ведьма. Господи, как же ты меня уже достала. – Подумал он грустно и устало. Или сказал? Наверное, ему всё снится. Сон наяву.
Она не обиделась. Потянулась к нему, спросила участливо:
- Что случилось, Гошенька?
Он отпрянул он её ладони, ответил:
- Плохо мне совсем. Надо что – то решать. Внешне я держусь, только внутри всё давно сгнило! Я должен с тобой поговорить и всё выяснить. Если ты уедешь до этого разговора… - Он замолчал, - в общем, чувствую, всё разрешится в ближайшее время. Сам не знаю, чего хочу. На уровне интуиции… Меня просто, как на магнит, уже заносит в твою сторону. Помнишь, как ты измученная пришла ко мне. Вот так же приползу к тебе я. Часто вспоминаю твоё выражение лица, маску обречённости и твои действия, на которые способен только доведённый до отчаянья, до последней грани человек. Я сейчас очень хорошо тебя понимаю. Я не знаю, когда и как произойдёт наш разговор, просто, чувствую, что не выдержу так долго. Будь ко мне милосердна!
- Что – то случилось? Что – то дало толчок или постепенно копилось? Или виновата я?
- Если кто – то и виноват, то только Бог, но как его можно в чём – то винить? Ты мне нравилась давно, и думал о тебе давно, и засматривался, ведь не только после твоего прихода заметил! Просто, мне и в голову не приходило, что ты тоже меня издали, наблюдаешь, да ещё как! Я ведь тобой заинтригован очень давно. Помню, как базар шумел, когда ты появилась, всё портретики рисовала. Я ещё тогда понял, что вовсе не этим ты интересна, что – то в тебе есть. Всё силился понять, что? Ведь ты меня тогда не трогала. Совсем никак не трогала! Почему же думал о тебе? Значит, дело – то вовсе не в тебе одной. Значит, и я сам со своей стороны внёс лепту. И знал ведь с самого начала, что гулять с тобой не буду, не тот это был интерес.
Ксюша не ожидала услышать подобное, но искренность мужчины не вызывала сомнения. Гоша долго молчал, прежде чем заговорить снова:
- Я и сейчас не знаю, что тобой делать… «Просто, плохо очень стало, и пришла…» Я сейчас так тебя понимаю!!! Ты ещё спросила: «Ты мне веришь?» А я смотрел и думал: «Сумасшедшая». И плёл всё подряд, лишь бы ты успокоилась и опять не замолчала. А ты чувствовала… сейчас мне самому впору спрашивать: «Ты мне веришь?» Если увижу тебя близко, не переживу. Мучительно стараюсь вспомнить твоё лицо…
- Я скоро уеду. Унцесвали говорит, что для тебя мой отъезд будет толчком. Когда понимаешь, что потерял, уходишь в себя, а там можно найти многое. Ты не забудешь меня, когда перестанешь чувствовать рядом?
- Я только тогда тебя вспомню! Пойми, дурочка ты моя милая, я не столько наблюдаю за тобой, сколько чувствую тебя рядом постоянно. Ты уедешь, и это чувство исчезнет. – Он опять замолчал надолго.