«Наверное, и Ксюша чувствовала то же самое, когда смогла сделать невозможное для человека», - подумал он.
Унцесвали уже не сомневался, что они успеют соединить влюблённых в ближайшее время! Вот только свыше что-то упорно мешало. Мешало постоянно. Им бы обратить внимание, разобраться, но они спешили, вошли в азарт. Ещё бы! Где это видано, чтобы подопечные завели дружбу со своими хранителями! Что бы вот так на равных общались! Не в правилах хранителей сбиваться на эмоции и торопить события, но сейчас - случай особенный!
Глава 15.
Глава 15.
Мы сопротивляемся жизни, не понимая, что сопротивляемся себе во вред. Делая ставку на мощь своего разума, рассуждая логически, ставя себе цели и напропалую шагая к ним, не замечаем предупреждений интуиции, помощи все возможных препятствий и помех.
Мы просто боремся с ними. Конечно, биться головой об стенку куда проще, чем сделать шаг в сторону и войти в открытую дверь. Проще считать жизнь тяжёлой и не справедливой штукой, у которой можно только отвоевать место под солнцем. А на самом деле, жизнь сама знает лучше нас, что нам надо, и даёт нам именно это. Стоит только прислушаться к себе самим, что бы понять это, относиться добрее и внимательнее ко всему происходящему вокруг, ведь вся обстановка нашей жизни толкает или предостерегает нас от того или иного шага. Не на разум делать ставку, а на ощущения, чувствование ситуации. Ведь в душе каждый человек знает, как правильно поступить.
Интересно, как человек может вспомнить в единый момент всю свою жизнь? А может, то, что действительно есть жизнь и не может длиться дольше? И все эти долгие годы, длинные пустые десятилетия не более, чем шлак, пустая порода? А истинная наша жизнь то, что вспоминается в последний момент – самые яркие чувства и ощущения?
Ксюша шла медленно по площади и в мечтах своих возводила очередной план мести, изящный и тонкий. Она приехала со Ставрополя домой на выходные и шла с электрички по ночному городу. Очередной раз с упоительной сладостью она воображала себе, как сумеет больно уколоть Гошу, разбудить в нём бурю злобы и ревности. Вот сейчас можно было бы свернуть к нему в мастерскую, но она не пойдёт туда больше. Хватит! Унижаться перед ним больше не станет.
Ксюша автоматически перешла дорогу и шла теперь по широкой центральной аллее, ничего не замечая кругом, полностью расслабленная и погружённая в свои злые терзания. Краем глаза заметила едущую сзади машину, успела удивиться: «Почему она едет по аллее? Ведь проезд здесь запрещён…» Лениво отошла в сторону, затем, метнулась, зачем то в другую, резко взвизгнули тормоза, и сильный удар в бок отшвырнул девушку. Упав на голый лёд мостовой, она не успела даже понять в чём дело, и только мгновение зафиксировало удар. Долгое и так необходимое ей мгновение. Описывать, что она поняла в течение его можно долго.
Позже, она пыталась вспомнить это и снова прочувствовать в подробностях. Как осколки разбитого стекла она силилась собрать свои мысли, чтобы воссоздать злой узор агрессивных грёз, который не выдержала реальность, разбив в дребезги. В единое мгновение, как от вспышки молнии, всё стало ясно. И опять погасло в кромешной тьме.
Она, пошатываясь, брела к дому, нарочно удлиняя путь. Ей надо было понять ещё и разумом то, что она успела разглядеть душой в то мгновение. Вспышка в душе отпечаталась не менее явственно, чем боль от удара в правом боку. Удар был сильным. Как она осталась живой? О силе удара она догадалась по отлетевшей в одну сторону на несколько метров меховой шапке с её головы, и в другую сторону сумке. Расстояние между двумя предметами было внушительным. В сумке Ксюша везла фарфоровое блюдо, подаренное ей бабушкой, у которой она снимала комнату. Большая тарелка была разбита на мелкие осколочки. Машина, сбившая её, было, притормозила, но увидев, что Ксюша сама встала на ноги, тут же быстро уехала. На тёмной аллее не было ни души. Ксюша радовалась, отсутствию людей. В снежной тишине и сумерках медленно брела она домой.
О чём же она думала, какие мысли предшествовали удару? Впрочем, нет, не мысленный текст важен. Какие чувства она испытывала? Зло мстительность, агрессию. И тут её осенило: Любовь! Любовь, как чистейшее зеркало отразило агрессию, направленную на неё, и та бумерангом вернулась к своей хозяйке. Любовь не могла тронуть её злость. Её злоба вернулась к ней же самой, материализовавшись в силу удара, сбившей её машины. И тут же, стоило ей понять ПОЧЕМУ, боль в боку стихла. Тогда девушка, утвердившись в правильности своих выводов, решила завтра же идти, нет, не идти, бегом бежать к Гоше в мастерскую, просить у него прощения. Она побежала бы сейчас, но уже ночь, поздно. Всё, никакой агрессии больше! Она прощает его. И он должен её простить. С ужасом она поняла, что и Гоша, испытывая аналогичные чувства, может погибнуть. «Господи! – Думала она, - да мы убьём друг друга своей любовью! Простить и просить прощение. Он испытает схожие чувства и будет спасён. Пусть знает, что я смиряюсь с происходящим, не требую отныне объяснений, не предъявляю претензий, не борюсь с жизнью, а просто, её люблю такой, какая она есть. Пусть поймёт, что я позволяю ему жить так, как он сам того хочет. Пусть только живёт! Мы должны отпустить друг друга.