Нино вынесла Тамазу деньги и сказала:
— Купи на обратном пути хлеб. И приведи Залико на обед.
— Спасибо, тетя Нино! Я уже пообедал!
— Когда ты успел?
— Утром. Давно уже…
— Утром люди завтракают.
Залико засмеялся и махнул рукой. Мальчишки вышли из дому. Когда они шли через двор, Залико незаметно огляделся по сторонам и даже окинул взглядом распахнутые окна большого пятиэтажного дома, но Майи нигде не было.
Все дороги ведут в школу
Тамаза разбудило радио.
Передавали последние известия.
«Сегодня первое сентября, — говорил диктор. — Школьники нашей страны дважды встречают новый год — первого января и первого сентября».
Тамазу понравились эти слова.
Он вскочил, подбежал к окну и глубоко вдохнул свежий утренний воздух. Потом уперся руками в подоконник и раз десять подряд отжался. Спина немного горела. В эти три дня он перележал на пляже, где пропадал вместе с Залико с утра до вечера.
— Тамаз, позавтракай! — донесся из кухни голос матери.
Тамаз умылся и выпил стакан теплого молока.
— Не захлебнись! Куда ты так торопишься? — спросила Нино. Она гладила одежду Тамаза.
— Сейчас Залико зайдет. Скорее, мама!
С улицы донесся знакомый сигнал: за Арчилом заехала машина.
— Ну, я пошел, — сказал Арчил. — Тамаз!
— Что, папа?
— С сегодняшнего дня мы вместе начинаем выполнять наши планы. Вызываю тебя на соцсоревнование. Идет?
— Идет! — сказал Тамаз.
— Итоги соревнования пусть подводит мама. Проигравший должен сделать победителю подарок.
Арчил ушел.
Тамаз посмотрел на часы. Залико опаздывал. А ведь обещал зайти пораньше. Нехорошо в первый же день опоздать в новую школу.
— Тамаз, о чем ты думаешь?
— Ладно, я пошел. Залико скажешь, что ждал его, да не дождался. — Тамаз взял пустой портфель.
— А книги? — удивилась мать.
— На что мне книги, еще даже расписания не знаю…
Нино из окна смотрела на своего сына. Он шел через залитый солнцем двор в белоснежной рубашке с расстегнутым воротом, черные брюки ладно сидели на нем. Иссиня-черные волосы блестели, смоченные водой.
Нино в первый раз со стороны увидела, что ее сын уже не прежний маленький Тамаз, что его детство кончилось. Эта мысль принесла с собой не только радость, но и тревогу.
Как только Тамаз скрылся из виду, во дворе появилась Майя. Сейчас она не была похожа на отчаянную девчонку, вогнавшую в краску самого Залико Менабде. В строгой ученической форме, с коричневым портфелем в руках, непокорные локоны усмирены лентой. Она вся переменилась, только глаза блестели по-прежнему бойко и живо.
Дойдя до ворот, Майя обернулась, помахала кому-то рукой и вышла со двора. Утренняя улица была полна народу.
Люди спешили на работу.
Хозяйки с сумками в руках шли на базар. Открывались магазины и вбирали в себя часть оживленной толпы.
На перекрестке милиционер энергично размахивал жезлом, стараясь поскорей разогнать небольшую «пробку».
Те, у кого не было дела, — праздные курортники и пенсионеры — шли к морю.
Так в этом приморском городе начинался каждый день.
Но нынешнее утро чем-то отличалось от других.
И виной были дети. Мальчики и девочки, большие и маленькие, они спешили в школы. С серьезными лицами топали первоклашки, и рядом шагали их сияющие родители.
Тамаз не спешил. Он еще надеялся, что Залико догонит его, и то и дело оглядывался назад. Но товарища не было видно.
Перед тем как свернуть за угол около почты, он еще раз обернулся и в двух шагах за собой увидел Майю.
Майя смотрела на него, словно ждала, что Тамаз поздоровается первый.
Но Тамаз не был знаком с ней и потому не поздоровался.
Так дошли они до улицы, где находилась школа. И тут удивленно переглянулись. Что это? Выходит, они будут учиться в одной школе!..
Они вместе подошли к парадному входу.
Тамаз открыл тяжелую дверь и пропустил вперед Майю.
— Спасибо! — с наигранной серьезностью поблагодарила Майя; не удержавшись, прыснула и вбежала в подъезд.
Смущенный Тамаз вошел следом.
Здание школы было наполнено гулом.
Принаряженная по случаю праздника тетя Машо строго следила за чистотой и порядком.
— Ноги!.. Ноги вытирайте! Ишь, поросята… Здравствуй, малышок… Какой чистенький! Завтра посмотрю я на тебя…
Тамаз знал от Залико, что их класс находится на втором этаже, и пошел вверх по лестнице.