— А эта… эта что тут делает? — невольно заикаясь, пролепетал Залико.
— Представь себе, оказалась в нашем классе.
— Ее-то нам и недоставало! — недовольно проворчал Залико.
В классную комнату мимо толпившихся у дверей учеников робко протиснулся толстенький мальчик. Остановился и огляделся, не зная, куда сесть. Все были заняты своими делами, и на толстяка никто не обратил внимания.
Мальчик увидел свободное место рядом с конопатым Гено и направился туда, но, когда садился за парту, Гено как бы случайно толкнул его, чуть не сбросив на пол.
— Место занято! Поищи другое.
Толстяк не произнес ни звука и покорно направился к соседней парте, но на ней лежал чей-то портфель.
Наконец он высмотрел пустующую парту перед учительским столом, робко озираясь, подошел к ней и, поскольку никто не говорил ни слова и не отталкивал его, осторожно присел.
В классе стоял слитный, равномерный гул, как в улье.
Конопатому Гено надоело сидеть на месте. Он встал, заложив руки в карманы, подошел к доске. Наверное, хотел пофорсить своими джинсами. На него никто не обратил внимания. Тогда Гено взял подушечку для вытирания доски и крикнул Залико:
— Давай покажем им класс футбола!..
Залико покачал головой: он считал Гено бездарным футболистом и не хотел с ним связываться.
Тогда Гено сам стал жонглировать подушечкой, но обронил после нескольких ударов. Обозлившись, он шарахнул ею об стенку и пошел к своему месту.
Дорогу ему преградила Майя.
Гено с наигранным удивлением воззрился на нее и хотел молча обойти. Но Майя не собиралась уступать дорогу.
— Подбери подушечку!
— Пропусти! — Гено попробовал протиснуться с другого боку.
Майя взялась за парты, стоящие по обе стороны.
— Я сказала — подбери подушечку и положи на место!
Гено не ожидал такого оборота дела.
В классе стало тихо.
— Тебе-то какое до нее дело?
— Это ты узнаешь после, а пока положи подушечку!
— Не слушай ты ее! — услышал Гено голос Залико. — Тоже старшина милиции!..
Приободренный поддержкой приятеля, Гено сунул руки поглубже в карманы своих джинсов и вызывающе смерил Майю взглядом.
— А если не положу?
Несколько девочек поспешили на помощь подружке и обступили белобрысого новенького.
— Эй ты, негатив, кончай воду мутить!
— У нас такие штуки не пройдут!
— Тут тебе не двенадцатая школа!
Гено совсем растерялся. Он затравленно озирался, как шакал, угодивший в капкан, и ждал помощи. Но ребята из двенадцатой школы молчали и избегали взгляда Гено.
Только Залико назло Майе заступился за опростоволосившегося «ковбоя»:
— Держи хвост морковкой, Гено! Неужели эти канарейки тебя напугали?!
Однако Гено уже был повержен.
Он вразвалку подошел к стене, брезгливо, двумя пальцами подобрал подушечку и положил на край доски.
— Вот так! — удовлетворенно произнесла Майя.
— Эх ты, слюнтяй! — обозлился Залико. — Коли они с этого начали, потом вовсе на голову сядут. Им только волю дай…
Тамаз видел, что Майя права, но сказал:
— Это верно! От них пощады не жди.
Залико подошел к доске и демонстративно стал что-то корябать мелом. Девочки невольно оглянулись на Майю.
Майя приняла вызов.
— Сейчас же сотри! — сказала она, подходя к мальчишке.
Не обращая на нее никакого внимания, Залико продолжал рисовать несуразные фигуры, кресты, палочки, тщательно выводил квадратики.
— Ты не слышишь? — повторила Майя.
Залико спокойно обернулся к ней:
— Что тебе?
— А то, что сотри свои каракули!
— Каракули? — деланно удивился Залико. — Да разве же это каракули? Милые восьмиклассники образцовой школы! За такую картину в минувшем году на парижской выставке один американский художник отхватил первую премию. Вот что значит не знать абстрактного искусства! Это у вас явный пробел, явный… Вы не знаете, что…
— Я знаю, — прервала его Майя, — что перед началом занятий доска должна быть чистой. А ты и этого не знаешь!
— Да ну!.. — притворно удивился Залико.
— Могли хотя бы этому научить в вашей школе.
— Представь себе, в нашей школе обучали по другой программе. — Залико не терял наигранного самообладания. — И правила у нас были другие.
— У нас придется подчиниться нашим правилам! — не сдавалась Майя.
— А это мы еще увидим! — несмело вставил Гено и шмыгнул носом.