Университет, брат, Соколов… Сейчас это все кажется таким незначительным, таким далеким. Реальность схлопнулась до размеров этой маленькой сигареты, до обжигающего никотина, до тупой боли в висках.
Выдыхая дым, я смотрю на серые осенние улицы. Мир живет своей жизнью, не замечая моей внутренней бури. Нужно собраться с силами и вернуться в эту жизнь. Хотя бы попытаться. Ведь, в конце концов, даже после самой темной ночи всегда наступает рассвет. Или нет?
- Что? – но в трубке уже повисло молчание. Очевидно я его не слушал.
Делать ничего приходиться подчиняться. Вытаскивая ключи из кармана, сажусь в машину быстро завожу и трогаюсь с места и лишь смотрю в зеркало заднего вида ища надежду, что она не обратит внимание на его слащавое личико и не будет встречаться с таким идиотам как Миша. Не знаю, что на меня нашло. Но уж очень не хотелось отдавать рыжулю ему. Это помутнение рассудка. Она меня заколдовала.
***
Дверь в директорат распахнулась с таким грохотом, будто ее выбивали. Даже я испугался с таким грохотом она открылась. Оглядываю кабинет и встречаюсь с глазами брата. Понимаю, что что-то натворил. Правда не знаю что. Ладно, уточню.
- Что случилось? Меня вызывали. – в глазах брата метали молнии.
- Мы отойдем
Я чувствовал себя маленьким ребенком, который накосячил. Пока мы шли я чувствовал на себе чужие взгляды. Словно провинившийся ребенок шел за братом как пятилетка, как когда-то.
– Ну и что это было, а, гений? Опять за старое? – резко начал он
Я попытался сделать вид, что занят, слепо уставился в телефон. Но безуспешно.
– Драка? В университете? Ты серьезно? У меня единственный вопрос. Зачем ты одногруппницу облил? – Мой брат, он же Дмитрий Степанович приближался, как хищник к добыче.
– Это была самооборона, – пробормотал я, стараясь не смотреть ему в глаза. – Они первые начали. – не вино как пятиклассник начал я.
– Они? Кто «они»? Философы с филфака? Биологи-ботаники?
Или ты опять наехал на кого-то из-за этой… теории струн своей?
– Не твое дело.
- Хорошо. А что с девушкой, которую ты облил?
– Ошибаешься. Это был не я.
- Что ты вытворяешь? Отец сказал – присмотри за ним. Держи его подальше от неприятностей. А ты что вытворяешь? Тебе в будущем еще диплом защищать! Второй, Влад!
В его голосе сквозила не только злость, но и… тревога? Не может такого быть.
- Да меня нагуляли, но это не значит, что меня надо было оставлять там. – перевел тему в другое русло я
- Могу сказать одно. От тебя одни проблемы – я лишь ухмыльнулся, а брат опустил голову и прикрыл рукой свой лоб в которой было видно испарину.
Далее дверь в директорат хлопнула так, что содрогнулись стекла в окнах. Ярость обжигала нутро, отравляя каждый вдох.
Ну как же, мой сводный братец не мог не сказать мне в след, что-то гадкое, мерзкое и в то же время противное с привкусом тошноты. Как будто вернулся на несколько лет назад, когда еще играли гармоны и постоянно устраивали сцены капризности и ревности. Ревности от того, что у него была семья, которую я так хотел. Сейчас ничего не изменилась, только гормоны перестали играть, да и я вовсе перестал надеяться на него, когда прятался за его спиной от гнева отца.
Он всегда был такой нелюдим, холодный, расчетливый. Что передалось ему от непутевого папаши.
глава 7. Улыбка сестры.
Анна
Дойдя до дома, я увидела маму. Её разъярённое выражение лица не предвещало ничего хорошего. Стало очевидно, что сейчас будет скандал. Ничего хорошего ждать мне не стоит.
От куда она появилась около подъезда дома? Понятия не имею, скорей вышла по делам. Кстати, а сестра она же маленькая, на кого она ее оставила? Одну, с соседкой, с не знакомым человеком?
— Что это лохмотья у тебя на голове? На кого ты стала похожа? Я тебя совсем другой учила! Я тебя так не воспитывала!
Еще бы! Ты вообще не занималась моим воспитанием, только и слышала от тебя упреки и обидные слова. Моим воспитанием занимался отец. Что ж делать нечего продеться импровизировать