Геолокация отправлена. Теперь остается только ждать. Надеюсь, этот властный голос не заставит Аню чувствовать себя загнанной в угол. Она и так сейчас, наверное, не в лучшем состоянии.
В голове всплывают обрывки последних разговоров, взглядов, прикосновений. Пытаюсь найти хоть какую-то зацепку, что-то, что могло бы пролить свет на причину ее побега. Но все тщетно. Аня – загадка, которую я пытаюсь разгадать, но пока безуспешно.
Машина подъехала быстро. Из нее вышел мужчина в строгом костюме. Выглядел он… внушительно. Взгляд – пронизывающий, изучающий. Похоже, Аня унаследовала от него не только внешность, но и характер.
— Представьтесь, молодой человек. — Он крепко пожал мою руку, его взгляд оставался пронзительным и оценивающим. Хватка сильная, уверенная. Легкая усмешка тронула уголки его губ.
— Добрый вечер, Виктор Дмитриевич, меня зовут Владислав Уваров.
— Внебрачный сын Холодова? — Он улыбнулся – не теплой, располагающей улыбкой, а скорее усмешкой.
Я постарался изобразить на лице подобие скромности, хотя внутри все кипело. Холодов… Конечно, отец оставил после себя не только наследство, но и шлейф не самых приятных слухов и репутацию человека, мягко говоря, неоднозначного.
– Так и есть, – я скривился. Остается надеяться, что он не заметил моей гримасы недовольства. Думать про отца сейчас вообще не хотелось.
– Что ж, Владислав, рад познакомиться. Расскажите мне, чем же вы занимаетесь?
Признаться или утаить правду? Не уверен, упоминала ли Аня о понимании Миши, о его импульсивности и неумении сдерживать себя. Возможно, Аня увела меня, чтобы не оставаться в одиночестве после конфликта с бывшим, чтобы было с кем поделиться чувствами и избежать уныния.
– У нас было свидание. Извините, сэр, это была идея Ани, я не мог ей противиться.
_____________________________________________________________________________
*совесть
Глава 21. Опустошение.
Владислав
Девчонки обменялись взглядами и хихикнули, но я лишь плотнее закутался в куртку и ускорил шаг. Воспоминания о встрече с отцом Анны все еще вызывали прилив крови к щекам. Его слова, подобно ударам хлыста, терзали сознание: Ты недостоин ее! Выбрось ее из головы! Но как забыть? Как стереть из памяти этот образ – ее сияющие глаза, ее звонкий смех, ее нежные касания? Не только ту Анну, что была вчера, но и ту, что проявляет себя в группе.
Я старался не думать о ней, но это было словно пытаться остановить цунами голыми руками. Каждый раз, когда я видел ее, сердце начинало биться в бешеном ритме, а в голове проносились его слова, как зловещее эхо.
— Привет, как дела? – произнесла девушка заученную фразу
Я поднял голову и замер. Выглядела она… до ужаса обнаженной. На ней был короткий топ, едва прикрывающий грудь, и юбка, которая, казалось, еле прикрывала нижнюю часть тела. Мой взгляд невольно задержался на ней, и я почувствовал, как щеки снова заливает краска.
- Прикройся! - я ухмыльнулся смотря ей в глаза - закройся!
Но девица была не из робкого десятка. Она настойчиво пошла за мной, не обращая внимания на мою резкость, и что-то говорила.
— Никак. – Одарил я ее презрительным взглядом. в глазах скорее всего отчетлего виделось карий в перемешку с серым.
— Правда? А как дела с отцом? – все не унималась девица.
И с какого это хрена она так небрежно интересуется моей жизнью? Я резко остановился и уставился на нее. От моего взгляда девушка вздрогнула и замерла, осознав свою ошибку. Заметив замешательство на ее лице, я подавил рвущуюся наружу брань и смягчил тон:
— Пошла вон! Мои отношения с отцом – не твое дело!
Развернувшись, я вдруг услышал за спиной крики:
— Это все ты! Ты во всем виновата! – К девушке, задавшей вопрос про отца, подскочили ее подруги, обрушивая поток обвинений.
Обернувшись, увидел женскую стаю, указывающую пальцами на побледневшую девицу. Их лица исказились от злобы, и я, смерив их ледяным взглядом, пробормотал сквозь зубы:
— Что за идиоты? – Вопрос был риторическим, адресованным скорее себе, чем этой кучке разъяренных мегер.
Аудитория встретила меня гулом. Студенты, как встревоженные пчелы, жужжали, обмениваясь последними новостями. Я прошел к своему месту, стараясь не обращать внимания на перешептывания за спиной. Кажется, новость о вчерашнем вечере распространилась быстрее вируса. Правда, мои новые одногруппники понятия не имеют, кто я, да и Аня тоже. Не могу утверждать, что это так, но интуиция говорит обратное.
Сел, откинулся на спинку стула, закрыл глаза. Тяжелый, давящий ком стоял в горле. Каждое слово, сказанное вчера, эхом отдавалось в голове, отравляя мысли. Что теперь делать? Как исправить все, что натворил? Вопросы роились в голове, не находя ответов. Только бессилие и чувство вины.