– Ты мне нравишься.
В этот момент он поморщился и открыл один глаз:
– Ты что-то сказала? В его глазах плясали чертята, но насколько бы он ни старался, ему не удастся их скрыть. В голове рылись слова отрицания, паника накрывала с головой, и только я хотела что-то сказать, как он ухмыльнулся. Я поняла, что сдала себя с потрохами.
- Значит, говоришь, что я тебе нравлюсь, да? Всем своим видом он показывал, что это будет недолго. Делать нечего, опустила глаза и сказала: - Да! Он выглядит ошарашенным, но по глазам вижу, что рад.
- Да ты рад услышать такое, у тебя по глазам все понятно. Гримаса его лица превратилась в отвращение со смесью клоуна.
- Давай откровенно, это шутка, да? – он был озадачен. Его цвет глаз менялся так быстро, что я не успевала ловить его эмоции.
- Ты дурак?
- Нет, серьезно? – я промолчала. – Понятно, – он был в каком-то депрессивном настроении, и это немного выбивало из колеи.
- Ты не заболел?
- Волнуешься? – он улыбнулся, чуть облокачиваясь на стул.
- Вот скажи, сколько пачек презервативов ты вчера использовал? Эта девушка настолько ненасытная? - Пока он обдумывал мои слова, я корила себя за это.
— Ревнуешь? — Я не ответила. Сейчас он смотрелся до боли самовлюбленно. А ведь я и правда ревную. — Ань, ты прекрасная девушка…
— Ты снова? Ну ты и отшивала. Что в этот раз, что в тот, тебе не надоело?
— Ань, пойми, я человек… — но помолчал. Что значили его слова, оставалось в воздухе. — В общем, хочу я этого или нет, из нас ничего не выйдет.
И что это значит? — Я тебя не понимаю. Ты вроде хороший, но отталкиваешь от себя людей. — Моя рука оказалась около переносицы.
Его глаза стали ядовито-зелёными. Насколько бы они ни были зелёными, они явно демонстрировали не тот оттенок. Внутри бушевал шторм. Он сжал руки в кулаки, пытаясь удержать себя.
— Ты не понимаешь, — прорычал он. — Это не так просто, как кажется. Словно тень, которая преследует меня повсюду. И эта тень… она не позволит мне быть с тобой, Ань. Не позволит быть счастливым ни с кем. Это проклятие, понимаешь? Я обречён приносить боль всем, кто ко мне приближается. Поэтому я и отталкиваю.
В его глазах появились сомнение, надежда и страх – всё смешалось воедино.
— Ты такой предсказуемый, ты знал, что… — быстро перевела тему я.
— Подольская, хватит сюсюкаться! — Я улыбнулась, стараясь не обращать внимания на препода.
— Серьёзно? Объясни? — Подвинулся он ко мне, что бы говорить ещё тише.
— Ну… — Я отвела глаза. – Когда ты злишься, они у тебя бледно-серые, когда насмехаешься – зелёные с крапинками карего оттенка.
Он улыбнулся.
— Стой… Слав… — Ещё один стон. — Ты точно этого хочешь в коридоре университета? Напичканном камерами?
Он на мгновение отстранился. Его тёмные глаза горели страстью и какой-то безумной решимостью. Его дыхание было сбивчивым, чувствовалось на моей шее.
— Хочешь стать звездой в порно-журнале? — Прошептала я, пытаясь вернуть хоть каплю рассудка в эту опасную игру.
— Больше не называй меня так. Это имя можно говорить вслух только двум людям, — он ухмыльнулся, в его взгляде не было ни капли презрения. Он провёл пальцем по моей щеке, заглядывая прямо в глаза. Знаю я, кому можно их говорить.
— По-моему, все карты уже раскрыты, не о чем тебе больше лгать, милый, — сказала я, делая паузы.
Я была на грани, между страхом и безумным желанием. Его руки скользнули под кофту, касаясь разгорячённой кожи. Забыв обо всём, я прижалась к нему ближе, чувствуя его твёрдое тело. Коридор казался безлюдным, но тишина только усиливала ощущение опасности.
— Нам нужно уйти отсюда, — прошептала я, пытаясь вырваться из его объятий.
Но он не отпускал.
— Ещё минутку, — прошептал он в ответ, его губы коснулись моих. Дыхание сбилось.
В танце языков мы будто сражались и выливали все эмоции, что скопились за всё время.
В этот момент в конце коридора послышались шаги. Влад отпрянул, как от огня, его глаза расширились от ужаса. Мы оба знали, что если нас увидят, то это конец. Конец для нас обоих. Он схватил меня за руку, и мы бросились бежать в противоположную сторону, надеясь, что нас не заметили. Но я знала, что это только начало. Наша игра только началась.
— Хорошо, так и быть.
Сердце бешено колотилось в груди, отдаваясь гулким эхом в ушах. Каждый шаг отдавался вибрацией страха и возбуждения. Мы неслись по коридорам, лабиринт студенческой жизни принимал нас в свои объятия. Влад крепко держал меня за руку, его дыхание всё ещё было сбивчивым, но в глазах читалась решимость.