Незнакомец просто пошевелил пальцами, поймал подсвечник и сдернул капюшон с головы. Седая шевелюра, потрепанная шляпа, белая полоса шрама на скуле, отливающий серебром взгляд исподлобья и вечная сигара в зубах.
— Гейзенберг, скотина, как ты меня нашел?
Глава, в которой тайное становится еще более тайным
Кастрюля супа подходила к концу. Гейзенберг всегда был не дурак пожрать, да и у Итана от морального потрясения прорезался неслабый аппетит. Даже Роза слопала целую тарелку, стараясь подольше задержаться в кухне, чтобы поразглядывать поподробнее, кого это она умудрилась притащить. Призвать живого человека ей не удавалось ни разу. Да и вообще, насколько она успела узнать, это практически нереально. А раз так получилось, значит его пребывание здесь важно. Вот она и сидела, поедая суп и навострив уши в надежде услышать что-нибудь интересное.
Но особо интересного услышать не довелось. Сначала все сосредоточенно жевали, ограничиваясь только просьбами передать хлеб или солонку, а после ее вообще отправили в комнату убирать последствия. Ну и, раз уж взялась, то и вообще убраться хоть раз в месяц. Делать нечего, пришлось идти, собирать остатки разбитых тыковок, смывать пентаграмму, оттирать подсохшие винные потеки и соскребать капли воска с паркета.
Когда, закончив с уборкой, она снова вернулась в кухню, то застала там потрясающее зрелище: папа с незнакомцем раздвинув тарелки, азартно боролись на руках. На краю стола стояла наполовину пустая пузатая бутылка шестидесятиградусной настойки. Еще одна, уже пустая, ютилась у ножки стола. На левой скуле гостя наливался бордовым огромный фингал. Под правым глазом у папы симметрично темнел такой же. «Левша, что ли», — подумала Роза, переводя взгляд с одного бланша на другой.
В этот момент Итан исхитрился и уложил руку соперника костяшками на стол. Гость довольно крякнул, вытащил ладонь и потянулся к бутылке. Разлив настойку по стаканам, подхватил тот, что стоял поближе, понюхал содержимое, проглотил в один глоток и сунул в зубы сигару.
«Ой, что сейчас начнется», — Роза даже глаза прикрыла. Её отец за курение в квартире нещадно гонял даже своего шефа, когда тот заходил с очередной просьбой проверить, почему ноутбук вдруг стал зависать. Предпочитая на работе соблюдать строжайшую субординацию и вообще относившийся к начальству очень настороженно, он каждый раз превращался в настоящую мегеру, когда шеф только доставал сигареты из кармана. Ну, или мегера, он, все же, мужского полу. И сейчас этот мегер за сигару кого-то спустит с лестницы на площадку между этажами, где стояла пол-литровая банка-пепельница и металлическое ведерко для мелкого мусора и окурков.
Однако Итан на сигару только скривился, подал седоволосому курильщику чайную чашку вместо пепельницы и открыл пошире форточку.
«Чудны дела творятся», — отметила про себя Роза, заходя на кухню в надежде выпить чаю и погреть уши. Но ничего интересного узнать не удалось. Отец с гостем переговаривались о каких-то служебных делах чуть ли не двадцатилетней давности, упоминая столько технических терминов, что она даже зевать начала.
— Шла бы ты спать, завтра вставать рано, — заметил её состояние Итан.
— А вы еще долго сидеть собираетесь? — она допила чай, закинула в рот мармеладку и принялась мыть за собой чашку.
— А нам еще поговорить надо, — сказал Итан, пристально глядя на нежданного визитера, — о прошлом.
— А, ну ладно. Если будете снова драться, то не шумите, — Роза поставила чашку на сушку и ускакала в свою комнату.
Итан, от сигарного дыма скривившись еще больше, принялся молча собирать тарелки и складывать их в мойку. Гейзенберг следил за ним в пол-оборота, пытаясь пускать из дыма колечки. Колечки получались больше похожими на шестеренки, чем на привычные глазу круги.
— Я не знал, что ты выжил, — Итан прекратил собирать посуду, повернулся к гостю и присел на край мойки, сложив руки на груди.
— Я сам не знал, — неопределенно ответил Карл, — меня после того взрыва местами насквозь порешетило, можно было вместо невода в пруд закидывать. Полгода на койке провалялся, как задохлик последний. А потом еще полтора — реабилитация.
— Я думал, ты там… — глухо начал Итан, не договорил, повернулся и принялся мыть тарелки.
За спиной зашелестело и негромко застучало. Он повернулся: Карл переложил на стол ноутбук Розы, который до этого лежал на диванчике, и что-то там разглядывал, периодически стуча по клавиатуре.