Цаде выглянула на улицу и увидела как в двадцати метрах от выхода верхом на поваре, изображающего пьяного слугу, сидел Алый Плащ и жестоко избивал его по лицу.
Цаде юркнула в темноту и через кусты покинула прилегающую к Виджай-Холлу территорию. Слуги быстро закрыли за ней дверь, забаррикадировав её мешками риса.
Цаде шла бесшумно, стараясь не привлекать внимание случайных прохожих к своей персоне. Нащупав в кармане наряда простолюдинки кольцо-гвоздь, подаренное торгашкой Ви, девушка остановилась. Она торопливо начала примерять его на все пальцы. Впору оно село только на большой. Цаде совершенно про него забыла, не смотря на то, что торгашка просила его не терять.
В голове крутилась фраза брата: «Не иди в порт. Корабли это первое место, где тебя будут искать. Иди на рынок рядом с площадью. Оттуда по ночам выезжают повозки торговцев за товаром. Прыгни в одну из них. Так ты быстрее покинешь город. Корабль по одному твоему желанию не отчалит от порта».
Цаде остановилась на развилке, решая, куда же ей идти. Она крутилась из стороны в сторону, отчаянно размахивая руками. От неловкого движения кольцо больно укололо палец острым концом. «Послушай брата, иди на площадь», - отозвалось где-то внутри Цаде.
Она решительно двинулась в сторону городской площади, где люди праздновали предстоящую свадьбу госпожи, даже не подозревая, чем обернулся аукцион. По мере приближения до Цаде все громче и громче доносились звуки инструментовуличных музыкантов и весёлые крики народа.
Когда она вышла на площадь, перед ней предстало зрелище невероятной красоты. Площадь была украшена цветами, свечи горели по всему периметру. Музыканты играли на флейтах, били в барабаны, а пьяный народ весело танцевал. Кто-то запускал в небо фонарики, но основное действие разворачивалось около мужчины с голым торсом, который крутил в воздухе горящие шары, прикреплённые к цепям. Вокруг него собралась целая толпа - восторженно кричащие дети, их матери и отцы.
Цаде не намеривалась останавливаться. Её целью было обогнуть площадь, за которой открывались павильоны рынка. Но раздался свист, и в небе начали взрываться десятки фейерверков. Испугавшись громкого звука, Цаде присела и начала отползать к кустам. Её сердце бешено колотилось и сбилось дыхание. В первый раз за вечер она позволила страху захватить её полностью.
Сев в кустах, девушка начала переводить дух, наблюдая за толпой. Люди восторженно смотрели в небо, дети тыкали пальцами на разноцветные огоньки, осыпающиеся с небес. Наблюдая за толпой, девушка обратила внимание, что на площади был не один мужчина, крутящий огненные шары в воздухе. Вместе с ним в таких же нарядах работало несколько циркачей.
Одной из них была маленькая девочка, которая совершенно удивительно держала равновесие на досточке, которая в свою очередь стояла на гладкой трубе, стремящейся укатиться прочь, и опрокинуть свою наездницу. Но девочка держалась уверенно, поражая зрителей своей ловкостью. Внимательно приглядевшись, Цаде увидела, что девочка скорее была женщиной, только очень маленького роста. Совершенно удивительный человек.
На другом краю импровизированной сцены находился мужчина – совершенная противоположность маленькой женщины. Он был огромный, и возвышался над зрителями на несколько голов. Его ремеслом было поражать людей, демонстрируя небывалую силу. Мужчина сжимал металлические бочки для рыбы, словно они были мягкими, и скручивал железные трубы по щелчку пальцев.
Следующими, на кого Цаде обратила внимание, были двое циркачей - мужчина и женщина, которые в совершенстве владели гибкостью своих тел. Они складывались пополам так же легко, как трубы в руках силача. Садились на шпагаты, работали в паре, строя немыслимые фигуры в воздухе.
Завершающим лицом этого цирка был молодой человек, который не стоял на месте. Он сновал от одного зрителя к другому, показывая своё мини-представление. Он был фокусником, не упускающим возможность поразить своих зрителей ловкостьюрук. Он доставал из-за ушей людей монетки, непонятно откуда брал букеты цветов и дарил дамам. Но что больше всего привлекло внимание Цаде, так это то, как отвлекая человека одной рукой, второй он обчищал его карман.