- понятно.
- сегодня на 19 часов у Аси запись к стилисту – она хочет челку, но я пока не знаю как лучше, поэтому я договорился, чтобы девчонки ее отговорили, если совсем не в тему получится.
- это хорошо, какой салон?
Влад смущенно отвел глаза, так что я еще раз дала себе подзатыльник не облизывать его глазами, когда мы практически про ребенка говорим.
- Мажор. Он хоть и мужской, но девочки профи – если не получится, то придумаем что-нибудь другое.
Да, или я до своих тридцати не той дорожкой ходила, или инкассаторы с пряниками по нашей улице наконец-то проехали, но вживую видеть настоящего любящего и внимательного отца девочки было прям сумасшедше дико.
- А у тебя какие планы, Ника?
Я – тупила однозначно. Мое имя этим голосом произносить надо только после валерьянки или бандажа, хотя одно другого не лучше, в данном случае. В свои 15 лет я выловила где-то в журнале статью про внутренний голос, и с тех пор считала, что некоторые мужские голоса вызывают у меня особую реакцию, потому что очень напоминают мой собственный внутренний голос, но тут было что-то другое. Прям такое необычное и невероятное ощущение, будто я сейчас проснусь и ничего не было. И ничего не вспомню.
- Ника? – он снова назвал меня по имени.
Глава 4
Ника? А, это же я. Я огляделась по сторонам, как будто только что проснулась и открыла глаза. Влад смотрел на меня внимательно, но без упрека, даже, кажется, глаза его были чуть веселее, чем вчера. Хотя, я могу и ошибаться, когда на тебя смотрит красивый парень нет гарантии, что это не сон, а реальность.
- Что ты спросил? Прости, я отвлеклась, кажется…
- Уверена, что не хочешь узнать, как я планировал тебя будить? – он откровенно веселился от моего вида. Ну да, в такие утра, которые случаются раз в стопятьсот дней, я похожа на птенчика. Волосы, как в детской книжке – торчащие во все стороны и милые наивные глаза, а если учесть какой серьезной я иногда стараюсь казаться, то так даже еще смешнее, просто от контраста.
И, наверное, надо вести себя прилично, надо быть аккуратной, еще что-то из подростковой женской энциклопедии и настольной книги супер-стервы, но я мягкая и добрая сейчас, как зефирное облачко, и я потягиваюсь, выгибая спину, потому что мне хорошо сейчас. И совершенно одурманенным голосом ведьмы на минималках, выдаю тихим шепотом мегатайну:
- Мне надо на работу…
Скорее всего, дело в воздухе, какое-то явное перенасыщение кислородом, потому что Влад наклоняется ко мне и глядя таким же осоловелым взглядом, улыбаясь издает многозначительное:
- Ммм…
Я опираюсь локтем на стол, и поддерживая рукой подбородок, все так же шепотом рассказываю то, что не сказала бы никогда в жизни в трезвом уме и твердой памяти:
- Приеду в офис – сделаю кофе, и до обеда буду разбирать отчеты, а потом ….
- Ммм… потом?
- Ну, потом, когда мне будет вконец лень изображать рабочий вид – тогда случится какая-нибудь дикая дичь, я буду применять все свои данные и таланты, чтобы никого не убить и самой не убиться, а потом ….
- Ммм… Что потом?...
Тут до меня начала доползать светлая мысль, что я кажется, прямо сейчас начну опаздывать, если не возьму себя в руки, и я просто ровным голосом спросила:
- поужинаем?
От моих переходов без подготовки, Влад как будто уже привычно быстро пришел в себя, и уточнил:
- Может позавтракаем?
Но я уже мысленно была далеко отсюда, поэтому постаралась коротко объяснить:
- Не успею, точно не сегодня, так что на счет поужинать?
- как?
- вместе.
Или у меня ночью кто-то украл последний остаток здравого смысла, оставив вместо него китайскую версию, или все действительно так происходит, как и должно происходить, но во взгляде Влада я вижу больше понимания, чем за пол жизни вместе взятой. То есть, я что, не сказала никакую глупость? И не будет снисходительного тона и королевских ахов-вздохов на тему как обмельчал люд людской? То есть все ОК? Я ж на этом не остановлюсь, и я продолжаю:
- Я думаю, что могу успеть к семи в «Мажор», Ксения реально мастер своего дела, просто хочу с Асей…
И тут, казалось по заказу, мне экстренно возвращают кусок здравого смысла, и до меня доходит мысль, что на общение с ребенком должно быть разрешение родителей, и я только успеваю подумать, как уже автоматически начинаю извиняться:
- Если ты конечно не против, я просто хотела бы, чтобы …
Я бы хотела, чтобы это оказалось реальностью, а не сном. Черт, я практически присвоила сейчас себе целую семью. Но Влад снова меня удивляет, шутливо взъерошивая мои и без того непослушные волосы, и, словно не замечая моего отката, снова веселится: